Страбон сильно преувеличивал окружность острова Великобритания, которая фактически составляет 4 тыс. км. Он заявил, что она равна 40 тыс. стадий (7400 км),[144] а Диодор называет даже цифру 42,5 тыс. стадий.[145] Это дало повод проф. Преллго высказать автору свое предположение, что древние географы имели в виду особые морские стадии, длина которых составляла 100 м. Ведь грек Неарх при своих расчетах пользовался подобными стадиями, как это показал Нёйберт[146] (см. примечание 2 на стр. 217).
В письме, адресованном автору 1 декабря 1944 г., Квиринг высказал свое предположение по поводу того, что еще в 2000—1200 гг. до н.э. олово из Бретани и Великобритании «по суше доставлялось в страны Средиземноморья» и что только в тот период основание Тартеса и Гадеса привело к использованию морского пути вдоль побережья Испании. По этому поводу должны высказать свое мнение испанские археологи. Для дальнейших рассуждений с нас достаточно предпосылки о перевозке олова через Галлию в те времена, когда Массилия занималась этой торговлей.
О том, что сухопутные связи были наиболее характерными для рассматриваемого нами времени, писал еще Укерт в 1816 г.: «Массилия действительно была связана с этими областями, но только сухопутными дорогами».[147]
Тем не менее исследователи вплоть до новейшего времени почти всегда считали наличие морских путей само собой разумеющимся фактом. Поэтому следует приветствовать мнение Вертело, высказанное им без всяких оговорок в 1934 г.: «Судоходство по Атлантическому океану, видимо, не обслуживало торговлю янтарем».[148] [467]
Это утверждение, по мнению автора, можно распространить и на торговлю оловом в 600 г. до н.э. Только одни карфагеняне, разумеется, должны были перевозить олово по морю.
Хотя косвенные связи средиземноморских стран с Британией восходят как доказано, еще ко II тысячелетию до н.э., эта островная страна оставалась «неведомой землей» вплоть до Цезаря и само ее существование ставилось под сомнение.[149]
Исследования, проведенные Пифеем, оказались напрасными, и его сообщениям многие не верили (как позднее рассказам Марко Поло!). Поэтому еще долгое время после странствий Пифея оставалось неясным, является ли Великобритания островом или материком. Такое незнание обнаруживает, видимо, и Платон, который в одном месте своего труда пишет о «материке, расположенном на противоположном побережье этого действительно существующего моря».[150] Значительные размеры, приписывавшиеся Великобритании древними, дали повод ирландскому монаху Дикуилу еще в IX в. назвать этот остров «Новым светом».[151]
Голландские ученые весьма охотно защищают толкование, согласно которому Янтарный остров был одним из Западно-Фризских островов, например Остерго, и что, следовательно, под Янтарной рекой следует подразумевать Рейн.[152] С геологической точки зрения эта гипотеза нелепа. Принципиально главный Янтарный остров древних следует искать там, где само местоположение способствует образованию месторождений янтаря, то есть в области, где залегают бурые угли. Поэтому Западно-Фризские острова отпадают.
Представления автора о том, каким было устье Эльбы во времена Пифея, оказались несостоятельными с геологической точки зрения, как сообщил ему его брат Эдвин, проживающий в Тюбингене. Эти представления сложились под влиянием картины, наблюдаемой вблизи Западно-Фризских островов, где берег выступает вперед у устья Мааса и Рейна. Предположение автора о «промежуточном образовании» было противоречивым по существу, так как дельта формируется только на поднимающемся побережье, а бухты и эстуарии — на опускающемся. Берега Северного моря за последние 2000 лет опускались, за 1000 лет до этого значительно поднялись, а за предыдущие 5000 лет сильно опустились. Исследования, указывающие на более разветвленное древнее устье Эльбы, и сообщения литературных источников о [468] наличии эстуария Метуонис перед устьем Эльбы противоречат друг другу и не могут быть приведены к общему знаменателю. Брат автора пишет ему: «Я не в состоянии распутать это противоречие».
Если
