Если Морунген действительно навестил св. Фому, то он, подобно своему предшественнику Сигельму (см. гл. 95), безусловно, побывал именно в этих районах, что безоговорочно признается в более позднем исследовании Кратохвилля.[18] К тому же около 1200 г. морские связи между Шатт-эль-Арабом и Индией были настолько хорошо налажены, что путешествие из Святой земли в Индию было ничем не сложнее поездки в Персию.
В то время христианское вероисповедание не было препятствием для путешественников при следовании из Сибири на Восток. Так, например, Адам Бременский тоже рассказывает о некоем епископе Бово, который в XI в. из любви к путешествиям трижды совершил паломничество в Иерусалим, причем однажды не по своей воле попал даже в Багдад![19]
Через несколько десятилетий после Морунгена засвидетельствован ряд поездок христианских миссионеров в Ирак и Индию. Похоже на то, что [471] мусульмане позднего средневековья в основном старались держать подальше от своих земель христианских купцов, а не миссионеров, которые не представляли опасности для приверженцев ислама.
Так, например, 26 мая 1233 г. папа Григорий IX послал в Багдад миссионеров-францисканцев.[20] Вслед за ними туда неоднократно направлялись представители других христианских орденов, которые, правда, немногого добивались для христианской церкви, по обычно встречали неплохой прием со стороны мусульман. Добраться из Багдада в Индию в те времена не считалось сколько-нибудь выдающимся подвигом. Опубликованное Кунстманом[21] письмо доминиканца Менентилла Сполетского из Малабара в Индии, которое датировано 22 декабря 1292 г., доказывает, что в XIII в. христиане имели возможность не только собрать в этой стране довольно обширные сведения об Индийском океане, но и пересылать оттуда свои письма в Европу. В письме, между прочим, говорится:
«Хотелось бы знать, является ли это море [Индийский океан] внутренним или это океан. В южном направлении нет ни континентов, ни островов».
Тем не менее около 1200 г. путешествие в Индию представляло для христиан несравненно большие трудности, чем 100 лет спустя. Вскоре после 1300 г. в Индии обосновалось в качестве миссионеров немалое число доминиканцев и францисканцев, а в 1328 г. Иордан Каталонский на короткое время основал даже епархию в Колумбо (на мысе Коморин! Не путать с Коломбо на Цейлоне).[22] Задолго до открытия морского пути в Индию христианская церковь развила в этой стране усиленную деятельность, о которой в Европе мало знали. Во всяком случае, португальцы были чрезвычайно удивлены, когда, приплыв 23 декабря 1500 г. в Кочин, они встретили там многочисленных братьев по вере, рассказавших им, что «тело Святого Фомы покоится на расстоянии 150 часов пути от Кочина, на берегу моря, в городе Майлапур, в котором очень мало жителей. С могилы святого берут землю, и там случается много чудес, поэтому туда приходят многие христиане от всех этих народов… Это белые люди с черными волосами и зеленоватыми глазами, очень храбрые. Их столица называется Валчина; оттуда привозят прекрасные большие вазы из фарфора, мускус, амбру и алойное дерево».[23]
Немногим позднее сирийский священник Иосиф Индийский, возвратясь из Индии, утверждал, что «все индийцы, а также жители государства Катай — христиане».[24] [472]
Совершенно очевидно, что здесь опять наблюдается смешении буддийских религиозных обрядов с христианскими, о чем уже говорилось в гл. 110.[25]
Менхардт в 1937 г.[26] в основном присоединился к предложениям, выдвинутым автором этих строк.[27] И хотя Менхардт все еще считает вероятным, что Генрих фон Морунген во время своих странствия посетил также Эдессу и Ктесифон (такое предположение не представляется бесспорным, но автор не намерен его оспаривать), теперь этот исследователь все же признает, что «Индией» Морунгена действительно могла быть только подлинная Индия. Он отмечает, что в Западной Европе XII в. вряд ли было что-либо известно о Южной Индии (за исключением Цейлона) и что поэтому первоначальной целью путешествия Генриха фон Морунген могла быть только Индо-Гангская равнина. Представление об этом районе укоренилось в сознания европейцев благодаря широко распространенной в средние века литературе об Александре Македонском. Но на Инде и Ганге нельзя было встретить процветающие фомистские общины, которые всегда существовали только
«Он [Морунген] достиг района Инда и Ганга по суше, а Мелиапура, Цейлона и Южной Аравии — морским путем».[28]
С подобной или аналогичной формулировкой, безусловно, можно согласиться, хотя и следует иметь в виду, что это лишь недоказуемая гипотеза. Во всяком случае, нужно твердо помнить то обстоятельство, что посещение фомистской общины могло произойти только в прибрежных районах Южной Индии и на Цейлоне, но никоим образом не в Месопотамии, Персии и Северной Индии.
