Неведомые земли. Том 2 полностью

Несомненно, II в. н.э. (которым закончился I том «Неведомых земель») был кульминационным пунктом в развитии античного мира, во всяком случае с государственно-политической и географической точек зрения. Это неоспоримо, хотя предшествующие столетия и ознаменовались значительно более высокими достижениями в области искусства и литературы. Именно во II в. Римская империя достигла апогея своего могущества и территориальной экспансии. Дальновидная политика ряда выдающихся правителей и блестящее состояние связи обеспечили органическую сплоченность огромной державы, простиравшейся от Ирландского моря до Персидского залива.[1] Драгоценный дар судьбы — Pax Romana [римский, или имперский, мир. — Ред.], в течение более 100 лет гарантировался всем подданным римских императоров. Он нарушался лишь отдельными пограничными войнами. Географический кругозор людей той эпохи достиг широты, остававшейся непревзойденной вплоть до XV в., если исключить исследования северных земель. В самый подходящий момент, когда максимально раздвинулись пределы известного древним мира, великий гений Птолемея объединил в единое целое всю совокупность географических знаний и подал их в блестящей рамке широких обобщений. Несмотря на допущенные ошибки, мир, по Птолемею, все же просуществовал целых 1250 лет как всеми признанный высший предел познания лика Земли. Вплоть до XVI в. труд Птолемея оставался, можно сказать, библией географических знаний, служившей основой для всех дальнейших исследований.

Благосклонная судьба распорядилась так, что именно в те дни, когда в правление Траяна и Адриана Римская империя достигла предела своей территориальной экспансии и переживала самый мирный период, на Дальнем Востоке древнейшее государство [22] Китай также поднялось до вершины своей политической мощи и культурного расцвета. Позднее такого же подъема Китайская империя достигала дважды: в VII—VIII и XIII вв. Около 100 г. н.э. территория Китайской империи простиралась почти до самого Каспийского моря. Мудрая внешняя политика китайских императоров и государственных деятелей (см. гл. 30, 56, 57) приводила к тому, что в западные страны по наземным и морским дорогам временами устремлялся мощный поток товаров. Не хватало лишь самой малости, чтобы две гигантские империи — Римская и Китайская — стали непосредственными соседями или чтобы между ними по меньшей мере установился культурный обмен. Трудно вообразить, к каким грандиозным и благотворным последствиям могло бы это привести.

К сожалению, подлинно величавая картина мира, каким он был около 100 г. н.э., в относительно короткий срок сменилась упадком, вызвавшим роковые последствия. Сначала померк блеск Китайской империи, вступившей в полосу продолжавшихся свыше 450 лет непрерывных волнений и борьбы, восстаний и гражданских войн, сопровождавшихся распадом и ослаблением государства. Затем наступила пора, когда Срединная империя вновь надолго отгородилась от внешнего мира, пока неожиданно, с 589 г., не начался стремительный ее подъем к новому расцвету и наивысшему политическому могуществу, длившемуся 175 лет (см. гл. 78). Вскоре и Римская империя пережила аналогичный регресс, только с более короткими сменами исторических фаз. Примерно после смерти императора Марка Аврелия (180 г.) и уж, несомненно, с кончины Септимия Севера (211 г.) началось общеизвестное падение политического могущества и культуры Римской империи, прерывавшееся кратковременными подъемами при императорах Аврелиане и Константине Великом. Однако распад все же неуклонно продолжался, пока, наконец, в V в. Рим, бывший властителем мира, не пал под натиском германцев.