Неведомые земли. Том 3 полностью

Передвижение европейцев по транзитным дорогам Центральной Азии, начавшееся в XIII в. с путешествий Карпини, Рубрука, Марко Поло и т.д., в XIV в. неуклонно расширялось вплоть до рокового 1368 г. В этом году в Китае было свергнуто чужеземное монгольское господство, но одновременно начался возврат к самой крайней «китайщине», то есть к принципиально враждебному отношению к иностранцам и к торговле с ними. Это нанесло тяжелый удар культурной жизни Китая, который не смог наверстать упущенное в течение ряда столетий.[21] В XIV в., до 1368 г. сухопутное сообщение начиналось [217] главным образом у Черного и Азовского морей, между тем как Поло начинали свой путь от побережья Сирии и Армении. Египет, имевший тогда самое важное транзитное значение, в 1171 г. был закрыт для христиан в результате подчинения этого государства султану Саладину.[22] Перемены, наступившие позднее, были связаны с тем, что генуэзские купцы заняли главенствующее положение в торговле понтийских стран в XIII и XIV вв. С 1261 по 1381 г. генуэзцы могли бы называть Черное и Азовское моря «Mare nostro» [«наше море»].[23] Главной опорой этого господствующего положения Генуи были ее цветущие торговые колонии в Крыму, и особенно Каффа (Феодосия). Эта колония, основанная только в 1269 г., уже спустя два десятилетия приобрела большое значение.[24] Поэтому генуэзские гавани в Крыму стали важнейшими отправными пунктами сухопутных маршрутов, проходивших через Центральную Азию. В противоположность старым караванным дорогам этот новый путь обладал тем преимуществом, что избавлял от преодоления труднодоступных перевалов Памира. Он проходил севернее Каспия, вдоль Аральского моря, примерно по трассе, использованной в свое время Зимархом (см. т. II, гл. 75), Карпини (см. гл. 119) и Рубруком (см. гл. 121), которые шли через Джунгарские Ворота. Однако в XIV в. путешественники, направлявшиеся в Китай, обычно отклонялись от этого пути, шли в область Или и следовали через долину реки Или в Восточный Туркестан. Во времена монгольского господства эти пути сообщения, как правило, были более безопасными, чем позже.

До нас дошли сведения только о немногих путешествиях в Центральную Азию, совершенных в тот период через Илийский край, который едва ли был раньше известен европейцам. В путеводителе итальянского купца Пеголотти, относящемся примерно к этому времени, и в письме испанского монаха-францисканца Пасхалия, адресованном собратьям по ордену в Виттории, случайно сообщается о событиях, происшедших в 1330—1310 гг. на торговом пути между Азовским морем и Китаем. Несколько позднее папский легат Джованни Мариньола (см. гл. 142) прибыл в Китай, следуя тем же путем. [218]

Об авторах обоих упомянутых выше сообщений мы знаем относительно мало. Пеголотти был флорентийцем, в юности служившим в знаменитом торговом доме Барди во Флоренции. С 1315 по 1317 г. он находился, видимо, в Антверпене, затем уехал в Лондон, а с мая 1324 по август 1327 г. жил на Кипре.[25] В последующие годы, путешествуя по Азии, он, вероятно, хорошо изучил страну и ее население и свои знания изложил в путеводителе.[26] Если судить по содержанию этой книги, Пеголотти предпринял в то время торговое путешествие через всю Азию, которое довело его до Китая, хотя нигде прямо об этом не говорится.[27] О дате этого путешествия можно только строить догадки. Во всяком случае, в 1335 г. Пеголотти уже вернулся на Кипр. Больше о нем ничего не известно: ни год, ни место его смерти. Мы знаем о Пеголотти, как и о подобном ему путешественнике древнего мира Месе Тациане (см. т. I, гл. 57), только благодаря его довольно хорошему путеводителю, состоящему из 63 глав. Среди первоисточников приведено начало этого путеводителя, которое только и представляет интерес для данного исследования.