Что касается китайского посольства, направленного в Каир, то оно достигло своей цели. Нам неизвестна дальнейшая судьба послов. Китайские хроники об этом событии вообще ничего не сообщают. Нигде не упоминается о том, вернулось ли посольство в Китай и каким путем оно туда добралось. Макризи[8] (1364—1442) мог, разумеется, сообщить только о том, что произошло [223] в Каире.[9] После 1342 г. след посольства теряется. Но если даже мусульманские миссионеры и отправились тогда в Китай, что вполне возможно, то они могли добиться там только весьма недолговечных успехов. Великий национальный переворот 1368 г. (см. гл. 142), разумеется, значительно ослабил позиции ислама. И все же в 1419 г. в Пекине еще стояли две мечети (возможно, они были заново восстановлены).[10]
В начале этого года (1338 г.) в Авиньон пришли послы великого императора татар, называвшего себя императором императоров [ибо в Стране татар было много императоров,[1] среди которых он был первым], чтобы заключить союз с папой или завязать с ним более тесную дружбу путем частого обмена посольствами, установив такой обмен на длительный срок. Он просил папу о его благоволении… Бенедикт выслушал этих послов весьма благосклонно и любезно и оказывал им всяческий почет, чтобы через них снискать дружбу самого могущественного императора и его бесчисленного народа и обеспечить более легкий доступ в страну для миссионеров.[2]
Силою Всемогущего Бога Император императоров приказывает! Мы посылаем нашего посла франка Андрея с 15 спутниками через 7 морей к папе, христианскому повелителю, в Страну франков, где заходит солнце, для продолжения пути, по которому Мы папе и папа Нам могли бы чаще направлять посольства, чтобы выпросить Нам благословение папы, чтобы он молился за Нас и Наших верных слуг, аланов, его христианских сыновей. Также следует прислать нам из Страны захода солнца лошадей и другие ценные дары.
Дано в Камбалеке в год крысы, в 6-й месяц на 3-й день новолуния.[3]
Вашему Святейшеству должно быть известно, что мы уже давно осведомлены о католической вере вашим легатом, братом [225] Иоанном [Монтекорвино], наставлены им ради нашего блага и много утешены сим сильным, святым и терпеливым мужем, умершим восемь лет назад. С того времени остались мы без главы и без духовного утешения. Мы порадовались бы известию, что Вы позаботились о новом легате; но таковой сюда еще не пришел. Поэтому мы умоляем Ваше Святейшество направить к нам доброго, терпеливого и умного легата, который мог бы позаботиться о наших душах, и прислать его нужно спешно, ибо мы в тяжелом положении без руководства, наставления и утешения.
Просим мы также Вашу Мудрость любезно ответить нашему господину императору, ибо, что отвечает его желанию, этим мог бы быть проложен от Вас к нему и от него к Вам путь, удобный и пригодный для частых посольств, которые столь необходимы, чтобы установить дружбу между Вами и им…
Оттуда неоднократно, три или четыре раза, приходили вестники к названному императору, нашему господину, и он их благосклонно принимал, оказывал им почести и вознаграждал. Но с того времени упомянутый император больше не получал ответа ни от Вас, ни от апостольского престола, хотя отдельные посланцы заверяли, что они принесут от Вас ответ названному властелину. Поэтому пусть Ваше Святейшество позаботится о том, чтобы было учтено это обстоятельство и послан определенный ответ и посольство, как это подобает Вашему Святейшеству, ибо в этих частях земли христианам оказывается большое уважение, хотя кое-где о них распространяется также клевета.
Дано в Камбалеке в год крысы, в 6-й месяц на 3-й день новолуния.[4]
