Однако Кречмер так сильно поддался самовнушению, что продолжаем настаивать на том, будто бы восемь островов, фигурирующих на картах [287] XIV в., были Азорами. Он несогласен с мнением автора этих строк, опровергающего его гипотезу тем фактом, что на открытых в 1432 г. Азорах, как доказано, не было ни людей, ни домашних животных. Между тем это, несомненно, подтверждает, что Азоры нельзя связывать с названиями Кроличий остров (Conigli), Голубиный остров (Colonbi), Козий остров (Caprara). Мы знаем, что, согласно королевскому указу от 2 июля 1439 г., на вновь открытые Азоры предлагалось доставить представителей всех видов домашних животных (см. т. IV, гл. 165). Как же могли изобиловать на Азорских островах в XIV в. кролики, голуби и козы, которых обычно разводят люди, если в XV в. понадобилось специально их туда завозить? Против этого довода Кречмер выдвинул довольно странное опровержение.[43] В своем письме от 26 февраля 1932 г., адресованном автору этих строк, он пишет, что остров Флориш, который Кречмер больше всего склонен отождествлять с Капрарией, вполне мог получить такое название, даже если на нем не было никаких коз. Для этого было достаточно скудной растительности, которая могла прокормить только коз. Но на каком же из островов Азорской группы можно найти скудную растительность? Все Азорские острова ко времени их открытия (1432 г. и позже) отличались не только «изобилием деревьев», но и столь тучными пастбищами, что, по свидетельству Валентина Фердинанда, около 1500 г. оттуда «ежегодно вывозили в Португалию» крупный рогатый скот![44] Но если бы даже объяснение Кречмера оказалось правильным для Козьего острова, на котором не было ни одной козы, то почему же все-таки другой остров, на котором не водилось голубей, был назван Голубиным, а тот, на котором нельзя было найти ни одного кролика, — Кроличьим? Почему надпись на Каталонской карте мира от 1375 г., которую Бизли правильно охарактеризовал как «шедевр средневековой картографии»[45] и которую особенно хорошо изучил Кречмер, категорически настаивала на том, что Козий остров «назван так из-за большого количества встречающихся здесь коз»?[46] Почему, наконец, Кадамосто в 1455 г. определенно утверждает, что с «Козьим островом» можно отождествить только остров Фуэртевентуру из Канарской группы «caprina, quibus abundant» [на котором изобилуют козы]?[47]
По мнению автора этих строк, все гипотезы о том, что какой-нибудь из фантастических островов, столь многочисленных на картах мира XIV в., может иметь отношение к Азорам, не выдерживают критики. Единственные названия, [288] которые можно как-то связать с Азорской группой, — это Сан-Дзордзи и Корби-Марини. Их легко узнать в современных наименованиях Сан-Жоржи и Корву. Но названия Сан-Жоржи и Корву были просто заимствованы португальцами из более старых карт много времени спустя после открытия Азор. Они были присвоены тем островам, которые первоначально после их открытия носили совсем иные названия, а именно Сан-Пьеро и Санта-Эйриа! В одном весьма надежном документе — завещании принца Генриха Мореплавателя от 1460 г. — перечисляются все Азорские острова (см. т. IV, гл. 182), но названий Сан-Жоржи и Корву в нем еще нет. Они появляются только после 1480 г., и это верный признак того, что новые наименования были даны на основе произвольных отождествлений или заимствованы из старых карт.
Автор вынужден категорически возразить Кречмеру, полагая, что его утверждение представляет собой чистейший вымысел и не выдерживает проверки историческими фактами. К сожалению, это так, хотя Кречмер продолжает настаивать на правильности своей гипотезы, будто «на основании их карт никак нельзя сомневаться в том, что итальянцы еще до португальцев знали все без исключения Азорские острова».[48]
При отождествлении слишком многочисленных островов, фигурирующих на картах XIV и XV вв., нужно всегда иметь в виду, что, кроме действительно открытых островов, картографы стремились разместить на них названия, заимствованные из античных литературных источников или известные им из легенд. Как легко могли возникнуть ошибочные представления при плавании в незнакомых морях, недавно убедительно продемонстрировал такой опытный моряк, как Морисон: «Возникновение призрачных островов и исчезающих побережий — обычное явление при плаваниях по океану. Легкая дымка, облако на горизонте (особенно при заходе солнца) часто походят на острова и вводят в заблуждение даже опытных моряков, знающих, что там нет земли».[49]
