О причинах, которые в те времена привели христианина в столь отдаленную страну, высказывались различные предположения, но доказать их правильность нельзя. В монографии о городе Тулузе, появившейся в 1823 г., высказано мнение, что Изальгие, видимо, попал в бассейн Нигера, следуя через Египет и Нубию.[9] Эта гипотеза представляется маловероятной. Более правдоподобным кажется предположение Ла-Ронсьера, которое, разумеется, тоже нельзя обосновать. Этот исследователь полагает, что Изальгие в 1402 г. сопровождал в качестве врача экспедицию Бетанкура на Канарские острова и с ней позднее прибыл на Африканский материк; затем он по собственному желанию или как пленник мавров попал в Гао. В этом случае у нас были бы основания объяснить, как Изальгие проник в глубь Африканского материка.[10]
В донесении Бетанкура о завоевании Канарских островов имя Изальгие не упоминается.[11] Но так как там, кроме второго руководителя экспедиции Гадифера де Ла-Саль, имена других участников упоминаются исключительно редко, из этого нельзя делать никаких выводов. Все же достоин внимания тот факт, что сам Бетанкур, по его словам, «очень хотел ознакомиться с истинным положением и условиями в стране сарацин и с ее якобы хорошими гаванями на побережье материка, которое простирается на 12 морских миль вправо от мыса Бохадор».
Бетанкур 1 мая 1402 г. вышел из Ла-Рошели в море, держа курс на Канарские острова, а затем из Фуэртевентуры предпринял экспедицию в юго-восточном направлении к местности Меданос на материке, где он захватил 70 рабов-мавров.[12]
Вот что рассказывается об этом событии, которое должно быть отнесено к 1403 или 1404 г., в самой «Канарской книге»: [410]
«Господин Бетанкур отплыл от острова Эрбани (Фуэртевентура) и в лодке с 15 спутниками прибыл к мысу Бохадор в королевстве Гинуа, отдаленном от нас на 12 миль. Там они захватили нескольких жителей и вернулись на Гран-Канарию… Так как господин Бетанкур очень хотел узнать положение всех соседних земель, островов и материка, он приложил много труда и старания к тому, чтобы как можно обстоятельнее познакомиться с этими местностями».[13]
В донесении Бетанкура специально подчеркивается, что при таких стремлениях главы экспедиции исключительное внимание было уделено «Золотой реке», то есть Уэд-Дра, которая открывала доступ к золотоносным землям Гвинеи. Поэтому вполне возможно, что Изальгие, как вероятный участник плаваний Бетанкура, вызвался добыть точные сведения об этом Эльдорадо, расположенном в глубине Африке, что и привело его в Гао. Прибытие Изальгие в Гао в 1405 г. хорошо увязывается со временем нахождения Бетанкура на мысе Бохадор.
Хотя предположение Ла-Ронсьера нельзя подкрепить доказательствами, все же оно очень вероятно. Если эта гипотеза соответствует действительности, то Изальгие на целых три десятилетия раньше португальцев увидел и ступил на северо-западный берег Африки, южнее мыса Бохадор, следовательно, примерно у 23°41 с.ш.[14]
Сам Бетанкур вернулся на Канарские острова и оттуда в 1405 г. отправился во Францию. Здесь он завербовал 160 мужчин и 29 женщин для заселения Канарских островов и доставил их в свое островное государство. Судьбой Бетанкура мы заниматься не будем, так как нас интересует здесь только Изальгие.
Как бы то ни было, поездку к Нигеру он предпринял из-за своей страсти к путешествиям. Обратный путь проходил, видимо, мимо нагорья Ахаггар в направлении на Тунис,[15] но возможно также, что он шел через оазисы Туат. Трико сообщает, что плавание по Средиземному морю изобиловало приключениями и возвращающиеся подверглись нападению пиратов, но в конце концов благополучно прибыли на родину. Барден ничего об этом не говорит. Однако переданный Барденом рассказ весьма краток. Поэтому мы вправе полагать, что сообщенные Трико факты содержались в оригинале рукописи Изальгие. Среди спутников Изальгие, как говорят, находился черный евнух Абен Али. Он был превосходным врачом и в 1416 г. даже исцелил дофина, будущего короля Карла VII, когда тот находился в Тулузе.[16]
Изальгие, видимо, больше не покидал Тулузы. Кроме трех детей, которых он привез с собой из Африки, от брака с африканкой позднее родились еще две дочери; у одной из них была черная, а у другой — белая кожа. Обе дочери позднее ушли в монастырь, как и их мать, которая, прибыв в [411] Тулузу, привяла христианство, а после смерти мужа, как набожная женщина, стала монахиней. О судьбе сыновей Изальгие ничего не известно. Дочь, родившаяся в Гао в 1407 г. и позднее крещенная Мартой, вышла замуж за знатного тулузца Эжена до Фодоа. Родившийся от этого брака Мор де Фодоа был чернокожим, как и его мать.
Вскоре после Изальгие большие торговые города в бассейне Нигера стали часто посещать европейские христиане, особенно итальянские и французские купцы (см. т. IV, гл. 176 и 186). Изальгие был пионером этих торговых плаваний.
