Именно в этот период Колумб стремился уговорить португальского короля организовать экспедицию, чтобы найти путь в Азию с запада. Если ему не удалось этого сделать, то отнюдь по потому, что он был иностранцем. Ведь Лука Кадзана, который в то же время был удостоен королевской концессии на открытия, был генуэзцем, что совсем ему не помешало. Ходатайство Колумба отличалось от всех остальных тем, что он хотел предпринять плавание не за свой счет или на средства богатого покровителя, а просил помощи у королевской казны. Кроме того, Колумб требовал в случае удачи таких высоких и беспрецедентных наград, как присвоение ему титула вице-короля. Уж из-за одного этого португальская корона отказала, в удовлетворении его ходатайства.
В позднее напечатанных старинных рукописях мы находим упоминание о важнейших экспедициях 1475–1487 гг. Но в них всегда говорится только о приготовлениях к плаваниям, но не о самих экспедициях. Только единственный раз сообщается о Кадзане, что его предприятие не увенчалось успехом. Во всех остальных случаях документы и хроники хранят полное молчание о результатах плаваний. Разумеется, из этого следует только, что все другие экспедиции были тоже безрезультатными. Как известно, о полных неудачах говорят неохотно. Искатели приключений в этих случаях возвращаются на родину, стараясь не обращать на себя внимания.
Совсем непонятно, почему именно полное молчание всех хроник о результатах этих поисков рассматривалось некоторыми учеными нашего времени как доказательство грандиозных открытий, сделанных на Американском континенте. Это приводилось в качестве решающего довода в пользу того, что Америка была открыта вовсе но Колумбом, а теми португальскими искателями приключений, которые по приказу короля держали свои открытия в тайне. Как же случилось, что никто из таких «первооткрывателей» Америки никогда не сделал пи малейшей попытки предъявить свои права на привилегии и даже после исторического плавания Колумба не потребовал признания своего приоритета?
В одном из источников, приведенных в начале главы, говорится, что в поисках «упомянутой земли» моряки удалялись даже на расстояние до 100 часов пути от Азор, что, видимо, считалось своего рода рекордом. Отсюда, совершенно ясно, что при плаваниях столь скромной протяженности нельзя было открыть даже нового острова, не говоря уже о том, чтобы достичь Америки. Из этого источника, как и из других свидетельств, можно сделать, твердый вывод, что все океанские экспедиции 1475–1487 гг. продвинулись лишь на незначительное расстояние к западу от Азорских островов. Ни один из искателей приключений не стремился к тому, чтобы, подобно Колумбу, одушевленному отважным порывом, проникнуть на запад до Восточной Азии. Все они мечтали только найти еще не открытые острова к западу от Азорской группы или от Канарского архипелага; дальше этого их честолюбие не шло.
Помимо случаев, подтвержденных королевскими грамотами и документами о передаче важных прав, в ту эпоху, несомненно, должны были неоднократно совершаться и другие экспедиции для отыскания сказочных островов.
Самой интересной среди подтвержденных документами плаваний была экспедиция Теллиша, о которой упоминается в двух грамотах от 1475 г.[969] Она особенно примечательна тем, что в связи с ней еще раз упоминаются открыватели островов Флориш и Корву (см. гл. 182) — Диогу Тейди и его — сын Шуан Тейди. Неясно, передачу каких островов, принадлежавших младшему Тейди, хотел по договору обеспечить себе Теллиш, закрепив их за собой королевским патентом. В грамоте острова называются «
Вполне возможно, что Тейди, долгое время проживший на Азорах, предпринимал и другие плавания, чтобы установить, нет ли в океане новых, до него не открытых островов. Как мы теперь знаем, такие поиски были обречены на неудачу. Впрочем, Тейди, подобно многим другим искателям приключений, могло показаться, что он видел дальше к западу один или несколько островов, и он захотел получить право владения ими в качестве первооткрывателя. Сын Тейди, видимо, уступил эти полученные по наследству воздушные замки Теллишу за какие-нибудь реальные ценности.
