Неведомые земли. Том 4 полностью

Мореплаватели преимущественно стремились к тому, чтобы открыть остров Семи городов, который, как они предполагали, должен находиться сразу же к западу или к югу от уже известных девяти островов Азорской группы. Отсюда можно a priori утверждать, что все их разведывательные плавания не простирались более чем на несколько сотен километров от самого отдаленного из Азорских островов. Не подлежит сомнению, что за тысячи километров от Флориша и Корву португальцы не могли искать острова Семи городов, который на всех морских картах того времени помещен совсем недалеко от Азорской группы. Ни мысль о таких открытиях, ни плавания, которые для этого предпринимались, не имели никакого отношения к «знанию» о большом материке на западе, вопреки утверждениям Бенсауди[994]. Нет никакого сомнения в том, что предположения об открытии Кубы Теллишем[995], Бразилии — Дулму[996] и Антильских островов — Куэлью не имеют ничего общего с научным исследованием и рассчитаны только на сенсацию.

Престейдж недавно высказал мнение, что Дулму, видимо, вообще не отправился в плавание: «Насколько мы знаем, эта экспедиция не была проведена»[997]. Автор этих строк сомневается в правильности такого утверждения, поскольку Эрнандо Колон в жизнеописании своего отца совершенно определенно говорит о «попытке Фернандольмо» открыть землю на западе[998].

Но поскольку такая попытка была погоней за мыльным пузырем, она и не могла привести к успеху. Только по этой причине ни одна из последующих хроник ничего не сообщает о результатах плавания, а совсем не потому, что мореходы сделали выдающиеся открытия, которые португальская корона решила сохранить в глубочайшей тайне, как хотят представить современные португальцы. Если бы дело обстояло так, как они хотят, то нельзя было бы прийти к соглашению при переговорах в Тордесильясе (7 июня 1494 г.). Тордесильясский договор, заключенный между Португалией и Испанией, предусматривал снаряжение совместной экспедиции, чтобы установить, есть ли еще неоткрытая земля на широте островов Зеленого Мыса, по ту сторону океана[999].

Однако даже Тордесильясский договор о разделе мира используется как «доказательство» правильности гипотезы о том, что португальцы знали об Америке до Колумба, но хранили это в тайне. С небольшими отклонениями договор в основном соответствовал предложению папы Александра VI (1492–1503), считавшего, что «демаркационную линию» между странами, вновь открытыми испанцами и португальцами, нужно провести от полюса до полюса на расстоянии 100 лиг (600 км) к западу от крайнего из известных островов Азорской группы. Это предложение, сделанное папой впервые 4 мая 1493 г., соответствовало португальским стремлениям[1000]. Современные португальские ученые утверждают, будто линия была проведена так далеко на запад от Азор, потому что португальцы хотели включить «тайно» открытую ими Бразилию в восточную, португальскую половину Земли[1001]. Для такого утверждения нет никаких оснований. Гораздо убедительнее будет предположение, что португальцы надеялись найти еще не открытые острова на близком расстоянии к западу от Азор, а правительство Португалии хотело закрепить их за собой в любом случае. Расстояние в 100 лиг (600 км) считали, видимо, в 1493 г. крайней границей того района к западу от Азорского архипелага, в пределах которого можно было еще обнаружить неоткрытые острова этой группы. Отсюда определенно следует, что поисковые плавания Теллиша и Дулму в водах, окружающих Азорские острова, не могли заходить далее чем на 600 км к западу от Корву и Флориша. Но, находясь на 600 км западнее Корву, нужно еще преодолеть целых 30°, чтобы попасть на Американский материк! Это соображение должно урезонить самого безудержного фантазера.

Впрочем, к этому можно добавить ряд неоспоримых доказательств того, что все мнимые «тайные открытия» Америки относятся к миру фантазии:

1. Лас-Касас сообщает, что португальский король Жуан II, который, разумеется, должен был знать о всех «тайных открытиях» своих подданных, пригласил ко двору Колумба, когда последний на обратном пути из своей первой экспедиции 4 марта 1493 г. вошел в реку Тежу. Король 9 марта тщательно расспросил Колумба о его открытиях, в связи с чем разыгралась следующая сцена.

«Ясно понимая значение открытых земель и тех богатств, кои предположительно там имелись, король не мог больше скрыть своей великой скорби по поводу утери неоценимых сокровищ, уплывших из его рук по собственной вине. Громовым голосом, в гневе на самого себя, он воскликнул: «О, я слепец! Почему я упустил предприятие столь великого значения!» — и продолжал каяться в том же духе»[1002].

Сообщается также, что король Жуан впал «в страх и глубокую печаль», после того как встретился с добившимся таких огромных успехов первооткрывателем и увидел привезенных им индейцев[1003]. Согласитесь, что все это плохо вяжется с якобы давно известными португальскими «первооткрытиями».