Неведомые земли. Том 4 полностью

Еще во времена Гумбольдта ученые придерживались того мнения, что толчок к возникновению легенды о Бразиле дал какой-то действительно существующий остров в Атлантическом океане, который был найден, а затем снова потерян. Гумбольдт полагал, что эта легенда была навеяна нелепыми слухами об одном из островов Азорской группы[1061]. В географии мы впервые встречаем таинственный остров на карте Анджелино Далорто (см. т. III, гл. 147), составленной в 1325 или 1330 г.[1062] На этой карте к западу от Ирландии в океане показан остров, под которым стоит следующая надпись: «insule de Montonis sive de Brazile» [«остров Монтона, или Бразил»].

По предположению Нансена, непонятное выражение «de Montonis» могло появиться только в результате вульгарной латинизации французского слова «moulon» («баран»), так что в данном случае речь шла просто об Овечьих, то есть Фарерских островах. Но что же значит тогда название «de Brazile»? У этого названия два корня: один — кельтский, другой — романский.

Ами показал в общих чертах, как возникла легенда о волшебном острове Бразил[1063], а Нансен дал ценные дополнения к толкованиям этого ученого[1064]. Правда, в самой Ирландии возражали против этих толкований[1065], тем не менее они хотя бы в общих чертах представляются правильными. Согласно толкованиям Винтера и Нансена, истоки легенды надо искать в мире кельтских саг, и в основе их лежит явление природы, а именно довольно частое появление миражей, наблюдаемых с западного берега Ирландии. Призрачные острова возникают в океане к западу от Ирландии, но, когда рыбаки или моряки направляются к ним, они исчезают[1066].

Мы знаем, что такие отражения ландшафтов и судов, которые находятся за горизонтом, нередко можно наблюдать и с побережья Германии. Буш сопоставил ряд интересных наблюдений подобного рода и высказал предположение, что легенды о таких призрачных, мерцающих, затонувших городах, как Рунгхольт, Винета и другие, тоже восходят к миражам[1067]. Подобные отражения, по наблюдениям Буша, появляются чаще всего и бывают особенно красивы в очень ясные теплые осенние дни после захода солнца. Необычайно хороши были миражи, наблюдавшиеся в Хузуме и на Нордштранде 18, 19 и 20 сентября 1939 г.

В 1821 г. на мысе Доброй Надежды благодаря миражу можно было увидеть предметы, находившиеся на расстоянии 300 морских миль от наблюдателя[1068]. В древней Ирландии считали раем появлявшийся «остров духов, Прекрасный». Ирландцы верили, что тот, кому удавалось забросить на этот остров кусок железа или запустить туда стрелу, мог будто бы вступить на него и вести там жизнь, полную блаженства, ибо сказители заселили его прекрасными девами. Итак, этот остров можно сопоставить с горой Венеры в легенде о Тангейзере. Как повествуют древние саги, юноше по имени Кондла удалось попасть на чудесный остров, и ему было там так хорошо, что он совсем забыл о возвращении на родину[1069]. Таинственный остров называли в Ирландии то Tir Na-m-ban (остров Женщин), то Tir Na-m-ingen (остров Дев)[1070] или Ну Breasail (О'Бразил, то есть Счастливый остров). Это первоначальная форма позднейшего названия Бразил. Примечательно, что в источниках Бразил большей частью действительно показан к западу от Ирландии. В Ирландии, судя по Циммеру, рассказы об этих прекрасных островах «распространены и по сей день, и их очень любят на всем западном побережье»[1071]. Названия сказочных островов из кельтского мира мигрировали, как убедительно доказал Репарас, к романским народам и «оплодотворили фантазию моряков Запада»[1072]. Видимо, при этом до сведения итальянских, испанских, португальских и других моряков и картографов наряду с островом Святого Брандана дошло и название остров Дев (insula puellarum), а также «Breasail».

Но название Бразил или Бразиль (Brazile) совершенно неправильно толковали в романских странах, поскольку оно созвучно слову brasile, то есть огнецветный. Отсюда появилось предположение, что на острове Бразил должен быть красный (огнецветный) краситель — весьма ценный товар.