– Мне надо подумать.
– Дело в твоем Жене?
– Он не мой.
– Тогда почему ты не хочешь ехать?
Я не выдержала и рассказала все, что относилось ко мне и Смирнову.
Сережа не прерывал поток слов, сосредоточено жевал салатные листья. Ему бедному приходилось сидеть на строгой диете, иначе он тут же как по мгновению волшебной палочки превращался в тыкву.
– И я не знаю, как поступить.
– Прости, но нельзя сразу любить двоих. Второй бы не появился, если ты любила первого. Не обижайся. Отпусти его, пусть он начнет свободно дышать. Ты паразитом, плющом обвилась возле несчастного парня и душишь его. Почему ты раньше не поговорила с ним? Давала и поощряла его порывы? Возможно, я не прав, ты можешь не согласиться со мной, но ты весьма эгоистична. Отпусти его, если вам предназначено быть вместе, ты это поймешь. Тем более если ты сама не знаешь чего хочешь.
– Мне нужно съехать от него?
– Конечно, пусть парень задышит свободно. Вы не в браке, а живете в одном доме. Я бы уже давно съехал. Могу помочь с вещами.
– Он меня не отпустит. Я поговорю с ним сегодня, – пообещала я. Сережка подмигнул мне и подозвал официантку.
Разговора не получалось. Женя категорически отказался говорить со мной на эту тему и психанув, уехал.
– Он хочет быть с тобой, даже после всего еще верит, что ты можешь ответить ему да, – выразила свое мнение Варя.
– Я не хочу говорить ему да. Я хочу начать все сначала, без напоминаний о плохом.
– Неужели мой брат вызывает у тебя исключительно плохие воспоминания? Чем он заслужил такое отношение к себе?
Варя сидела рядом со мной на диване и испытующе смотрела на меня. Наши отношения улучшились после рождения малышек, чувствую, сегодня они резко снова ухудшатся.
– Хотя ты права, уезжай и чем дальше, тем лучше. Уезжай, быть может он смирится. Заживет спокойно.
– Можно подумать, сейчас он живет неспокойно.
– С тобой— то поживешь, – укоризненно ответила Варя.
Алекс
Я зашел в банк и пока ждал, позвонил Жене и поделился своими сомнениями. Тот, естественно не поверил ни единому слову Ники и обещал позвонить отцу.
– Ты знаешь, он говорил, что не знает ее. Поэтому если ты сомневаешься, тест— днк в помощь. Иначе никак не проверить.
– Да. Но как я объясню это Кате?
– Скажи правду. Правда всегда лучше лжи.
– А если это правда? Что тогда?
– Насколько я могу предположить, в этом лишь моральная сторона жизни и детей общих лучше не заводить. А так. Мнение самой Кати тоже нужно выслушать.
– Ладно. Я позвоню, как все выясню.
Деньги сняты, и я вернулся в машину к Кате. Она надулась и я вполне понимаю ее чувства.
– Кать, мне нужно поговорить с тобой, пока все еще не стало слишком сложным.
– Я так и знала. Знала, что этим все и закончится! – вспылила девушка.
– Что это? – догадываясь о ее негодовании переспросил я.
– Ты. Я тебе не подхожу. Да?
– Подожди. Ты меня неправильно поняла.
– А как тебя понять? То ты целуешь меня, то такой холодный и мрачный, словно я противна тебе.
Я задержал дыхание и выпалил:
– Мы с тобой возможно родственники
– Что?! – Катя выглядела потрясенной.
– Моя сестра. Она утверждает, что ты ее дочь. Значит, я тебе дядя.
– Она моя мать? Но почему я тогда оказалась в детском доме?
– Не знаю. Ника была беременна после Руслана и Милы. Только в родах девочка умерла. Я знаю, потому что мама говорила мне об этом и показывала фото беременной Ники.
– И как такое может быть?
– Я не знаю. Мне надо подумать. И покурить.
Катя выбралась из машины и облокотившись на капот, закурила. Я встал с ней рядом.
– Будем делать тест? Сколько это времени займет?
– День— два.
– Я хочу узнать. Сейчас. Чтобы там не показал этот проклятый тест, моих чувств он не изменит. А твои? Я хочу это знать сейчас.
Она просила ответа, который я не хотел давать. Изменит ли тест мои чувства? Нет. Но он изменит мое восприятие. Изменит меня самого. Есть на свете принципы, устои. Катя плохо меня знала. А точнее не знала вовсе. А знал ли я себя?
– Кать.
Естественно, она меня нетерпеливо перебила.
– Ты должен мне сказать. Я хочу знать. Если все окажется правдой. Ты откажешься от меня? Ради своих идеалов, морали, нравственности?
Мне нечего ей ответить. Я лишь смотрел ей в глаза, которые наполнялись слезами. И даже когда они потекли из глаз, я не раскрыл рта. Не позволил себе и прикоснуться. Мой бедный несмышленыш.
Хмыкнув носом, она залезла назад в машину. Я докурил и мы продолжили путь в полном молчании.
Ответ нам обещали дать завтра. Катя отказалась от ужина и всех развлечений, а я не стал настаивать. Мы сняли два разных номера, и кажется, этим поступком я оскорбил ее еще больше.
До утра со мной оставались пачка сигарет и бутылка виски, да еще бессонница.
Моя первая жена Натали умерла от передозировки, выйдя после лечения. Стоило выпустить ее из больницы, и она тут же сорвалась. Супермодель, девушка с обложки, актриса и законченная наркоманка, которую я не смог спасти.
Вика. Умерла в родах, подарив мне дочь. И снова я не успел ничего сделать.
Катя. Стоило мне полюбить, как любовь уплывала от меня.
