Возвращение домой далось тяжелее, чем обычно. Мужчина прошелся по комнате, размялся, несколько раз отжался от пола, словно не знал, как избавиться от назойливых мыслей. Середина ночи и бессонница - обычное состояние, за которое его чихвостили все родственники во главе с Дэйей. И рей отлично знал, что не помогут ни эликсиры, ни травы, а магей усыплять себя он не хотел. Пришлось идти в кабинет спасаться работой.
На столе, как обычно, высились кипы документов. Счета, отчеты, доклады, горы бумаг, которые надо было просмотреть. Зеркало напротив стола отражало усталое молодое лицо с покрасневшими от недосыпа глазами. Что ж, таким как раз подданных пугать.
Новый вызов через зеркало слегка удивил его. Кто мог звать в такое время? Новое нападение на оплоты или…? Чье это смутно знакомое лицо мелькнуло, серые глаза, золотистая кожа. Так-так, вот и Айвин пожаловал.
Когда туман зазеркалья немного рассеялся, на лице темного государя уже не осталось ни капли удивления. Он еле сумел подавить ехидство в голосе, ведь этикет превыше всего.
- Приветствую господа! Не стану спрашивать, как вам удалось совершить невозможное. Чем могу служить?
Сола.
Тсаревна резко открыла глаза, словно в один миг ей стало нечем дышать. Все тело нещадно болело, вокруг была незнакомая странная обстановка, так что в первое мгновение девушка не сразу поняла, где находится. Темные! Она все-таки добралась до них.
Сола подавила малодушное желание зажмуриться и спрятаться под одеялом, с трудом выбралась из огромной кровати, нетвердо стоя на дрожащих ногах, и внимательно осмотрела комнату. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой кто-то заботливо оставил кувшин с водой и блюдо с фруктами, чуть дальше на всю ширину стены растянулся шкаф с резными дверцами. Довольно просторное помещение было отделано в зеленых сдержанных тонах, огромное окно оказалось приоткрыто, и сквозь яркие витражи пробивался тусклый свет звезд. Стол темного дерева стоял у дальней стены рядом с огромным во весь рост зеркалом, с противоположного конца комнаты была узкая дверь, как оказалось в ванную комнату.
Тсаревна умылась, с наслаждением вытерла лицо мягким полотенцем. Как же она отвыкла от подобного! Комфорт и удобство, пусть даже в окружении врагов, после заточения в Залах забвения и мучительных скитаний по Алайе казались нереальными, ненастоящими. Оказалось, кто-то, скорее всего та родственница рея, госпожа Стелла, переодел тсаревну в длинную белоснежную сорочку, приятно холодившую тело. Последнее, что помнила о событиях этого вечера Сола, это путешествие по темной крепости на руках у правителя Сумрачного Эйда.
‘Каким бы чудовищем он ни был, но в подвалы меня бросать не спешил’, - подумала она. - ‘Отец наверняка это сделал бы сразу’.
При мысли о родителе девушку передернуло, сразу вспомнились слова Найта о том, что Айвин обязательно попытается выйти на связь в ближайшее время. Возможно, им даже придется говорить через зеркало, но даже вероятность этого заставляла внутренности тсаревны болезненно сжаться. К вопросу о боли, надо, наконец, посмотреть, что же так болело в спине последние сутки.
Сола развязала ленту на рубашке и спустила ее с плеч, поворачиваясь к зеркалу спиной. Кто-то заботливо перевязал спину, в нос ударил терпкий запах лечебных трав. Что ж, посмотреть все равно надо, не знать, что с тобой происходит, гораздо хуже. Тсаревна нашла край бинта и как могла аккуратно сняла повязку, морщась от неприятных ощущений.
В горле застрял беззвучный крик, второй раз с момента пробуждения воздух никак не мог пробиться в легкие. Красная воспаленная кожа была словно разорвана огромными когтями, кривая линия разреза соединялась в нескольких местах тускло мерцавшими волшебными нитями. Отвратительную запекшуюся корку покрывала желтоватая мазь.
Что же с ней произошло в том страшном лесу? Ни Морган, ни Шейн ничего ей так и не сказали кроме того, что на них напали какие-то твари. А промежуток времени между побегом от братьев и пробуждением на берегу ночного озера оказался полностью стерт из памяти. Возможно, некоторым вещам и впрямь лучше оставаться в темноте забвения, но если эта рана будет медленно убивать ее, лучше об этом узнать заранее.
Тсаревна смотрела на свое отражение, не в силах совладать с дрожью. Худое, потерявшее былую красоту тело завораживало, под бледной кожей тут и там темнели синяки и кровоподтеки, хотя им полагалось бы давно уже зажить. Из-за постоянно ограниченной диеты последнего времени и постоянных стрессов регенерационные свойства организма значительно ухудшились. Потускневшие волосы отросли и уже почти доставали до плеч, под глазами темнели круги, ногти, хоть и чистые, были обрезаны под корень.
