Здравствуйте, люди добрые. Хочу с вами поделиться одной удивительной, и довольно загадочной историей. Много их за прожитые годы произошло и теперь хранится в сундуках моей памяти. Вот одну быличку надумала сегодня выпустить на белый свет. Верить в неё, али нет, вам самим решать. Но дело было так.
Приключилось всё это давно, более сорока лет назад. В одной костромской деревушке, что лежит в Сусанинском районе. Недалеко от тех самых мест, где знаменитый наш земляк – староста Иван Сусанин коварных злыдней – поляков в непроходимые топи навеки завёл, да и сам от лютых врагов мученическую смерть принял. Но тем самым спас царя российского Михаила Романова. Вот в честь погибшего героя и получил городок своё славное название – Сусанино.
А в десяти километрах от этого городка имеется деревушка одна – Охотино, в которой в своё время жила моя родная бабушка по материнской линии. Деревенька небольшая – в те времена в ней постоянно проживало чуть более десятка семей. Люди в ней в основном своим хозяйством жили. Кто-то на местной лесопилке работал. Иные в городе трудились. Народа маловато было, летом побольше – дачники, да ребятня на каникулы приезжали. А долгими, холодными зимами деревня почти пустая стояла.
Проживал в этой деревне мужичок – Славка Гусев, но все местные Гусем его звали. Трудился на лесопилке. Жил в дому со своей матушкой набожной, пока она в мир иной не ушла. Вот от неё-то привычку Славка и взял, чуть что, крестится, да за помощью к Богу обращаться. Было в то жаркое лето ему тридцать пять лет. Помню его хорошо.
Сама-то я городская. Но в детские годы меня родители отправляли на каникулы в эту деревушки погостить к любимой бабушке. Ох и хорошие тогда были времена – вокруг красивая природа, чистый воздух, почти безграничная свобода. Когда с Гусем приключилась эта странная история, мне уже двенадцать лет было. По обыкновению, проводила летние месяцы в деревне, и знаю хорошо, что и как тогда произошло.
Решил как-то Гусь по ягоды на лесные поляны сходить. В тот год их богато уродилось. Ранёхонько поутру отправился, чтобы по жаре не плавиться. Вышел за околицу. Идёт через поле с разнотравьем к ближайшему лесу. Небо чистой, бездонной синевой радует, солнышко приветливо улыбается, полевые ароматы голову кружат, труженицы пчёлы и малые пичуги мелодиями слух ласкают. Лепота, одним словом.
Прошёл Славка полукилометра и посреди стрекота кузнечиков слышит, окликает его кто-то. Обернулся. Видит, идут следом за ним две миловидные женщины, молодушки-хохотушки. Руками приветливо ему машут, улыбаются. Остановился, стал поджидать. Подошли, познакомились. Говорят, что из соседней деревушки сюда пришли. И так задорно, с улыбочками разговаривают. С интересом на него посматривают.
Полюбопытствовали, куда и зачем Гусь направляется. Когда узнали, что он за ягодами собрался, начали рассказывать про урожайные места, которые здесь совсем недалеко имеются. Да ещё грибов там нынче много народилось. Буквально намедни там были, и сегодня туда снова путь держат. Начали зазывать Славку, пойдём мол с нами милый человек, вместе будет веселей. Да и домашняя наливочка имеется, с радостью разделят они её с ним за знакомство.
Не успел Славка ничего им ответить, а молодушки его уже под руки подхватили и повели в нужном направлении. Идут, весёлые разговоры разговаривают. Очень общительные, за словом в карман не лезут. Гусю лишь изредка свои восклицания вставлять удаётся. Идёт, смеётся и в ответ головой кивает.
Вскоре подошли к опушке леса и, не останавливаясь Славку дальше в глушь, повели. При этом всё время болтают без умолку. Сколько прошли, не заметил, но притомился Гусь немного. И тут видит впереди среди стволов берёз – поляна земляничная показалась, вся спелыми ягодами усыпана. Под ярким солнцем они как рубины сверкают. Почти пришли, рукой подать, немного осталось, метров тридцать.
И надо же такому случиться, именно в эту минуту захотелось Славке-Гусю передохнуть с дороги, самокрутку соорудить, дымком побаловаться. В те времена многие местные жители табачок ядрёный у себя на огородах выращивали. И Гусь тоже был в их числе. А ещё была у него привычка, перед началом любого дела – перекур устроить, чтобы значиться потом на перерывы время не тратить.
А молодушки не унимаются, зовут его, манят, за руки тянут и показывают ему место ягодное. Мол чего встал как истукан, пошли уже, потом на лужайке подымишь – ягод шибко богато уродилось, всё собрать успеть надо. А дальше в лесу полян земляничных ещё больше. Некогда стоять, прохлаждаться.
Но Гусь решил показать характер, не захотел изменять своей привычке. Сначала говорит, перекур, потом ягоды. И никак иначе. Остановился, уверенно руки из женских объятий освободил. Из нагрудного кармана небольшой замшевый кисет извлёк. Оттуда кусок нарезанной газетки достал, щедро душистого самосада насыпал, ловкими движениями закрутил приличную самокрутку. И прежде чем чиркнуть зажигалкой, по привычке осенил себя крестным знамением и произнёс: «Господи помилуй!»
