– Что ты делаешь в моих водах? – спросила Галатия. – Находиться здесь опасно. В последнее время мои воды стали пахнуть иначе.
– Иначе? – Кристофер подплыл к нереиде, удерживаясь на поверхности воды благодаря обломку стола.
Он пытался разглядеть, что осталось от судна, обнаружить хоть какие-то следы Найтхэнда или Ириан, но вокруг были только волны. Мальчик задумался, получится ли у него выхватить Мэл из рук нереиды.
– Слабее.
– Похоже, что да… – Он подплыл еще ближе, держась за обломок стола одной рукой.
– Мы, морские создания, получаем гримур из воды, иначе нам не выжить. Сибуллы, каппы, макары…
– Что такое макара? – Ближе. Еще немного, и Кристоферу удастся схватить Мэл.
– Макара. Челюсти, как у крокодила. Хобот, как у слона. Кожа покрыта чешуей, как у рыб. Они более великодушны, чем может показаться на первый взгляд. Каппы, макары, бегемоты – они страшатся голода и не могут от него избавиться.
– Да? А почему тогда он оказался здесь? – Кристофер был почти готов броситься на нереиду.
– Гримура в северных морях почти не осталось. Они перебираются сюда. Когда кракены оголодают, никто не сможет жить в спокойствии. И теперь – она. Та, кого они ищут, оказалась в моих водах.
С этими словами Галатия вдруг протянула Мэл прямо в руки Кристофера и ушла под воду. Раздался протяжный и низкий зов. Когда нереида вновь показалась на поверхности, вокруг нее было восемь женщин с такими же серебристыми волосами. За ними из глубины поднялся табун золотисто-зеленых морских коней. Нереида взяла Мэл из рук Кристофера и усадила ее на круп гиппокампа.
– Садись. За ней, – скомандовала она.
– Нет! Я не могу бросить своих друзей!
Галатия улыбнулась острозубой улыбкой и свистнула. Из волн появились Найтхэнд и Ириан, каждый верхом на гиппокампе. Берсерк держал в руках мокрую разъяренную Рэтвин.
– Нам нужно уходить. Кракен может вернуться. Готовы? – спросила нереида. – Мы уходим под воду.
– Я не могу дышать под водой!
– Сможешь дышать, пока сидишь на гиппокампе. Пока твоя кожа касается его кожи. Этого будет достаточно.
Они погрузились под воду и поплыли.
Поток воды со страшным шумом обрушился на Кристофера. Первое время он пытался держать глаза открытыми, но соль так щипала и бурление вокруг было таким сильным, что все, что ему удавалось разглядеть, – это мчащихся рядом нереид. Ему казалось, будто он несется вместе со стадом буйволов.
Экипаж потерпевшего крушение судна мчался сквозь океан к городу, который, как желтая скала, поднимался из вод лагуны. Гиппокампы свернули в один из узких каналов, пересекавших город. Кристофер был уверен, что морские кони вот-вот скинут наездников со своих спин, но они лишь плыли дальше. Прохожие оборачивались им вслед. Вскоре взгляду открылась широкая площадь, на которой раскинулось здание с двумя крыльями, похожее на древнюю библиотеку.
– Прибыли, – сказала нереида. – Это вторая столица Литии, Город Ученых. Мы оставляем вас здесь, дальше продолжите путь сами. Нереиды ступают на сушу только в случае острой необходимости.
– Почему вы принесли нас сюда?
– Тебе не помешает узнать больше, мальчик. Andgietu, так ведь? Здесь есть чему научиться.
Кристофер огляделся. Найтхэнд опустился на колени перед Мэл, которая отплевывалась от соленой воды. Ириан уже шла прочь от канала к площади. Нереида окликнула ее высоким, словно умоляющим голосом и произнесла что-то на родном языке, но Ириан даже не обернулась. Она взглянула на свои руки и засунула их поглубже в карманы.
– Будь бдителен, – сказала Галатия Кристоферу. – Грядут тяжелые времена, нельзя относиться к происходящему легкомысленно.
– Подожди! Мне нужно узнать про кракена! Почему он не съел Мэл? Он же мог…
Однако нереиды уже не было – она исчезла в водах канала.
Экипаж выжимал одежду, осматривая друг друга на предмет синяков. На мгновение головокружительная радость от того, что они живы, затмила ужас пережитого.
Но потом Мэл произнесла:
– А Уоррен?.. Может, он все-таки выжил? Он точно?..
– Его нет, – ответил Найтхэнд. Голос берсерка был сухим, как песок, и очень хриплым.
Девочка подняла голову и вгляделась в лицо Найтхэнда.
– Почему ты не плачешь? Он был твоим товарищем!
Но Найтхэнд отвернулся, чтобы никто не видел его лица.
– Берсерки не плачут, – сказал он. – И они не испытывают привязанности. Как можно любить кого-то, если не испытываешь страха? В любой привязанности таится страх потери. – Он перевел взгляд на раскинувшуюся перед ними площадь. Казалось, его покрасневшие, замутненные глаза ничего не видели. – Идем. Найдем пристань и попробуем купить новое судно.
Ириан наклонилась к Рэтвин:
– Нужно рассказать обо всем родне Уоррена. Ты можешь передать послание?
Рататоска кивнула, заметно погрустнев, и побежала прочь.
