И всё-таки мне больше нравится другая версия, согласно которой это выражение имеет древнейшие индийские корни. В ритуальной игре в кости «собакой» называли неудачный бросок игрока. Тот, кто «убил» или «съел собаку», напротив, был удачлив. Махабхарата описывает историю царевича, который «погорел» на «собаке», – проиграл и царство, и даже жену.
Мы говорим: «Вот где собака зарыта!», имея в виду, что теперь нам понятно, в чём дело, в чём истинная причина – что мы нашли ответ, который искали.
Рассказывают об австрийском воине Сигизмунде Альтенштейге, собака которого прошла с ним все походы и битвы. А однажды она даже спасла хозяина от гибели. Благодарный Сигизмунд поставил своему четвероногому другу памятник, простоявший более двух столетий. Потом памятник разрушился от времени, но туристы продолжали его искать. Местные жители показывали им место, где зарыта собака.
Каждое объяснение как будто не оставляет сомнений. Но общего понимания нет: о слишком уж разных собаках идёт речь.
Многое объясняет экстравагантное на первый взгляд предположение филолога-арабиста Николая Вашкевича. Он утверждает, что все собаки пришли к нам из арабского языка. Арабский корень «сбк» означает опережение или предшествование чему-либо. «Сабек» – это лошадь, пришедшая к финишу первой.
Вот оно – «устал как собака».
«Собаку съел» – это часть арабской поговорки «сабака селю матару», что значит «его потоки обгоняют его дождь», то есть дела обгоняют слова. Так говорят о мастере своего дела.
«Вот где собака зарыта!» – арабское «зариат» переводится как «причина». Вот в чём причина!
«Вешать собак» – арабское «вешайят» и есть «клевета», «оговор».
Официальная лингвистика к теории Николая Вашкевича относится скептически, но, согласитесь, трудно считать всё это лишь совпадением.
Нам понятно, что эти строки Федора Тютчева посвящены пленительным денькам бабьего лета. А вот почему они называются именно так?
Рассмотрим все возможные версии ответа на этот вопрос.
Возвращение после похолодания погожих деньков – это словно внезапное возвращение молодости к женщинам зрелого возраста! Так бывает, когда нежданно приходит любовь! И вновь начинают светиться глаза, и румянец играет на щеках!
Есть у нашего народа даже такая поговорка: «Бабье лето – поздняя любовь». Есть и другая: «Бабье лето и мужику в радость!» Но едва заметные седые пряди в волосах говорят о том, что этот расцвет недолог!
Кстати, «бабьим летом» называют и тонкую, лёгкую паутинку паука-бокохода, летающую по полям и предвещающую сухую осень. «На нитях тоньше паутинки приносят осень паучки». Эта паутинка как раз и ассоциируется с лёгкой проседью женских волос.
Есть и другие толкования выражения «бабье лето». Мне, например, нравится такое: на Руси считалось, что женщины обладают мистической силой влиять на погоду и даже возвращать назад времена года!
Есть и более прозаическое объяснение названию «бабье лето». Это время, когда старые женщины могут ещё раз погреть на солнышке свои косточки перед наступлением холодов.
Однако «бабьим летом» кратковременное осеннее потепление называется только у восточных и западных славян. Южные славяне называют его «цыганским летом», немцы – «старушечьим летом», итальянцы – «летом святого Мартина». Французы всегда называли осеннее потепление «летом святого Дени». Но в последние десятилетия – с тех пор, как Джо Дассен спел свою знаменитую песню Ete indien, – они называют это время так же, как и американцы, – «индейское лето».
Что может быть познавательнее любой экскурсии, увлекательнее любого путешествия и азартнее любой игры? Я утверждаю, что поход на блошиный рынок, и рискну это доказать.
Актриса и режиссер Рената Литвинова со свойственной ей экстравагантностью однажды заявила: «Почему иногда так убого выглядит новая вещь? Потому что в ней нет истории! А когда вещь добротная, старая, где-то протёртая, в ней есть то, что называется кинематографическим присутствием! Вещь становится какой-то значительной! Хорошо выглядит на плёнке».
