Беседка или, скорее, крыша на шести увитых розами столбах. Позолота. Флагштоки, где уже закреплены знамена домов. Алые, расшитые бисером ленты. Связки колокольчиков.
Скрипки, колокольчики, птицы…
Запахов тоже много.
И суеты достаточно, чтобы стая успела подойти на расстояние удара.
— Я не думал, что ты когда-нибудь женишься… так. — Виттар поднял выпавший из цветочного плетения бутон.
— Как?
Молчание. Цветок в руке. Срезанный стебель. И лепестки уже начали желтеть.
— Я мог бы жениться раньше. — Оден почему-то не мог отвести взгляд от этого увядающего цветка. — После смерти отца король предлагал, и весьма настойчиво.
— Почему ты отказался?
— Не знаю. Глупость, но… просто представил, что меня свяжут с кем-то, кому я безразличен. И в свою очередь эта женщина будет безразлична мне. Мы исполним долг перед родом, произведем наследника, если получится… возможно — двух. Потом я окончательно перестану ей докучать вниманием, а она точно не станет требовать от меня верности. Оба научимся жить, не замечая друг друга. У меня появится любовница. У нее — любовник…
— Ты говоришь…
— Правду, Виттар. В лучшем случае мы стали бы друзьями. В худшем — возненавидели бы друг друга. Оглянись. Ты же столько пробыл при дворе, неужели не видел?
Видел, только не давал труда примерить к себе. Его беспокойный упрямый брат всегда верил, что уж он-то особенный. А может, так оно и было, ведь та девушка, его супруга, смотрела на Виттара с нежностью.
Виттар и сам не понимал, насколько ему повезло.
— Я осознал, что не хочу вот так. Отдавал себе отчет, что когда-нибудь мне придется, но позволил отсрочку.
— И теперь ты счастлив?
— Безусловно.
— Но почему она?
— Наверное… наверное, рядом с ней я научился быть живым.
Ветер перебирал нити, и звон золотых колокольчиков заглушал голоса далекие и близкие.
— Тебе пора. — Виттар спрятал бутон в карман домашней куртки. — Нехорошо, если гостям ждать придется.
На старых часах стрелки сошлись на десятке.
Чем ближе был назначенный час, тем сильнее росло беспокойство. С ним и холодная ванна не справилась. Напротив, теперь Оден расхаживал по комнате, то и дело останавливаясь перед запертой дверью. Достаточно нажать на ручку.
Толкнуть.
Выгнать горничных и кто там еще остался…
Забрать Эйо.
Уйти.
Детское желание. Глупое. Но справиться с ним сложно.
Половина одиннадцатого. Камердинер подал костюм, попытался помочь, но Оден только отмахнулся: сам оденется.
— Гости?
— Прибывают.
Оцепление поставлено, контур наверняка проведен. Но все равно неспокойно. А еще Оден разучился галстук завязывать.
— Позволите? — Камердинер с легкостью одолел узел и, вооружившись щеткой, принялся стряхивать с кителя несуществующие пылинки. — Вы выглядите великолепно.
Оден отвык от формы. Он даже не был уверен, имеет ли право носить ее.
Наверное, имеет.
Темно-синяя шерсть. Серебро галунов. Планки наград, которыми некогда гордился. Алая орденская лента. Перевязь клинка.
— Не этот. — Взвесив в руке парадную шпагу, Оден отложил ее.
В оружейной нашелся палаш по руке, и хотя он выглядел неуместно, но тяжесть его хоть сколько-то да успокаивала.
Жила молчала.
Четверть двенадцатого.
Суета, унявшаяся сама собой. И то же красно-белое цветочное море. Почетный эскорт из друзей жениха, хотя Оден никому не отправлял белых перчаток. Что ж, оставалось надеяться, что и невесту не оставят без внимания.
Алая дорожка. Собственные шаги не слышны, да и вовсе тишина стоит, свадьбам несвойственная. За Оденом наблюдают, как наблюдают за домом, садом… внешним периметром.
Нельзя учесть всего, особенно если имеешь дело с бешеным. И если вожак знает о ловушке, то что он предпримет? Что предпринял бы Оден?
Мысль-рыбина срывается с крючка.
Беседка.
И вместо короля встречает Виттар.
— Я райгрэ, — произносит он шепотом. — Имею право.
Он выдерживает взгляд и протягивает футляр из черного бархата:
— В вас нет живого железа.
Следовательно, нет необходимости в присутствии короля.
Оден снова забылся.
Сам виноват.
— Это его подарок.
Лицензия и два браслета из королевской стали. Замена, которая заставляет остро ощущать собственную неполноценность. Но хотя бы не кольца, которыми люди обменивались.
— Передай мою искреннюю благодарность.
— Обязательно.
Ветер коснулся золотых колокольчиков, и на их мелодичный перезвон отозвались скрипки.
Церемония началась.
— Оден, — Виттар сжал руку, — пожалуйста, не лезь в драку. Будь рядом с невестой. Просто будь рядом с невестой.
Конечно.
У него была невеста. Самая прекрасная девушка в мире.
Тору мутило с самого утра.
Она знала, что тошнота при беременности — явление обычное и надобно перетерпеть. Терпела. Пыталась. Уговаривала себя, что нынешний день никак не подходит для болезни, ведь невозможно остаться в постели и пропустить свадьбу.
— Глупости. — Виттар придерживался иного мнения. — Тебе надо отдохнуть, а свадьба… там хватит гостей.
Как-то странно он это произнес. И лицом потемнел.
— Но твой брат…
— Переживет. И поймет. Завтра тебе станет легче, тогда и поздравишь. А теперь ложись отдыхай…
Он сам отнес Тору в постель. И шторы прикрыл, чтобы солнечный свет не мешал ей. Присев рядом, взял за руку.
