- Ее звали Наэви. Мелантка лишь наполовину, простолюдинка, маг, интересующийся запрещенной в Меланте магией. Не было ни единого шанса, чтобы мелантские аристократы могли принять такого человека в свое общество. Я встретил ее, когда мы были в Канталаиме. Это на юге, граница с Хешваном, – пояснил он для меня. – Альхара туда отправили решать дипломатические вопросы, а я поехал с ним как переводчик. Я был влюблен в Наэви, добивался ее руки и сдуру познакомил с ним, надеясь, что лучший друг мне поможет. А он уже через два дня затащил ее в постель. Врал, что заберет ее в столицу и сделает первой и единственной в консорте.
- А это разве невозможно?
- Лучше учи мелантские законы, если хочешь выжить, – мрачно посоветовал некромант. – Как думаешь, почему участвовать в конкурсе невест пригласили исключительно аристократок? Знать еще готова признать своим королем ребенка, который происходит из благородной семьи, пусть и не от королевы. Рожденного от черни – нет. Они скорее собственное дерьмо будут жрать, чем это сделают. Наэви законы тоже знала плохо, поэтому поверила. Она позволила себе еще и забеременеть. Угадаешь, что произошло, когда Альхару стало об этом известно?
Мне стало не по себе. Не очень приятно слышать, что у мужчины, который тебе нравится, был ребенок от другой женщины.
- Он отослал ее от себя?
- В этом не было нужды. К тому моменту мы уже разобрались с дипломатическими затруднениями и вернулись в столицу. Наэви осталась в Канталаиме ждать, когда Альхар подготовит почву для того, чтобы ее приняли во дворце. Получив письмо, Альхар отправил за Наэви корабль. Канталаим близко к морю, но это все равно был странный выбор. Морские пути ненадежны, корабли постоянно тонут, их грабят пираты. Тем более начинался сезон штормов. Я просил отправить меня проследить за тем, чтобы все прошло гладко. Альхар заупрямился и нашел для меня тысячу срочных поручений в столице. После этого не прошло и двух недель, как мы получили весть, что корабль «Дельфин», на котором плыла Наэви, попал в шторм. Судно спаслось, но многие утонули. В их числе беременная Наэви.
Я пожала плечами.
- Соболезную, но такое случается. Роковое стечение обстоятельств. Причем тут принц?
- При том, – резко ответил Джеран, – что я решил проверить все сам и поехал по очереди во все порты, куда заходил «Дельфин» по пути из Канталаима. Открылись удивительные подробности – и что корабль в пресловутом шторме даже не потрепало, и что никто из его пассажиров не тонул. Кроме одной-единственной беременной женщины, которая исчезла уже в порту и чье тело нашли на берегу. А Альхара уже через несколько дней после этого видели в объятиях молодой аристократки. Как только я вернулся и спросил у него, какого демона происходит, охотники вдруг заинтересовались, чему я в юности учился у далленских колдунов, хотя до этого ордену долгие годы было наплевать, что я всю молодость провел в Даллене. Случился первый неожиданный обыск, второй, и мне пришлось уехать из Эсьены, чтобы не попасть в тюрьму по идиотскому поводу, с помощью которого очень легко избавиться от любого неугодного аристократа. По-твоему, это все еще роковое стечение обстоятельств?
- Не похоже на то, – неохотно согласилась я.
В голову пришла неожиданная догадка, заставившая меня ахнуть.
- Так Целестия из-за тебя покончила с собой? Ты рассказал ей, что принц – убийца, и она решила, что лучше умереть, чем стать наложницей такого человека!
- Тише! – прошипел Джеран.
Я торопливо прикрыла рот. Мимо важной походкой прошелся аристократ, из дверей выскочил и умчался куда-то слуга, бряцнули доспехами стражники, которые охраняли Посольский зал. Все они были недостаточно близко, чтобы услышать мои слова, но ляпни я это чуть громче, и пересудов было бы не избежать.
- Послушай, Лес… Инна, – некромант остановился и посмотрел на меня. Ледяные глаза впервые не ранили – в них отражалась боль. – Может быть, я действительно слегка сгустил краски, рассказывая Лесте об Альхаре. Я понятия не имел, что она так поступит. Я всего лишь не хотел терять очередного дорогого мне человека.
- Знаешь, я бы даже посочувствовала тебе, если бы ты не пытался при этом убить меня, – буркнула я. – У тебя нет никаких гарантий, что Целестия не покончит с собой вновь. Ее род на грани разорения, принца она ненавидит, а у тебя, насколько мне известно, за душой ни гроша. Я привыкла жить в бедности, Целестия – нет. Если вернешь ее, только сломаешь ей жизнь.
Джеран наклонился ко мне. Я невольно отступила назад, чтобы не чувствовать на своей шее его дыхание. Но от проникающих прямо в душу глаз деться было некуда, и выражение их, к сожалению, изменилось.
- Сейчас у нее нет вообще никакой жизни, – прошептал он. – А я не так беден, как считают некоторые. Поэтому не заговаривай мне зубы. Если понадобится, я объявлю перед всем дворцом, кто ты такая.
