– Нельзя и все, – упрямо ответила я и тут же пояснила: – Оно на меня действует плохо. Пробуждает во мне бунтарство. И поступки я совершаю, за которые потом стыдно.
Дражайший супруг в удивлении приподнял бровь.
– Бунтарство, говоришь, пробуждает? Влада, детка, значит, в повседневной жизни ты не бунтарка?
Я прищурилась.
– Вы снова издеваетесь?
Он мгновенно стал серьезным.
– Не сердись. Не удержался.
Я кивнула. Мое тело еще пребывало в расслабленном состоянии, и спорить, ох, как не хотелось. Да и к чему?
– Поговорим? – а вот этот вопрос заставил напрячься.
Я настороженно посмотрела на титана, отметив, до чего же он красив.
– О чем?
– О нас.
– Может, не стоит? – надежда умирает последней.
– Влада, не будь ребенком.
А так хотелось!
– Хорошо, – в моем голосе прозвучали нотки обреченности.
Вредный демон рассмеялся и присел на край кровати.
– Ты боишься разговора со мной?
– Великий Артефактор, наши разговоры ни к чему хорошему не приводят, – буркнула я, сожалея, что отказалась от вина.
– Почему? Вот в последний раз наш разговор как раз привел к очень хорошему результату.
Я поняла, что он имел в виду наш договор.
– Редкое исключение.
– Влада… – протянул Зрак, посмотрел на меня, залпом осушил бокал, отставил его в сторону и снова посмотрел: – Давай так. Между нами остались некоторые недоразумения. И я хочу от них избавиться. А ты?
Вот это напор и умение решать насущные проблемы!
Кивнула.
– Тоже.
– Отлично. Тогда ответишь мне на несколько вопросов?
– В чем подвох, Зрак?
– Подвоха нет.
– Быть не может! – проворчала я, но, заметив, как сжались губы Артефактора, тяжко вздохнула: – Задавайте.
– Чем была вызвана твоя ревность?
А говорил: подвоха нет…
– А ревность обязательно чем-то должна быть вызвана? – вопросом на вопрос ответила я.
– Хорошо, спрошу по-другому. Ты в меня влюблена?
Я захлопала ресницами.
– Отвечать не буду, – буркнула и натянула покрывало сначала на плечи. Поймав взгляд потемневших глаз, потянула одеяло еще выше… еще… Пока не нырнула под него полностью.
– Влада! – ага, громогласность вернулась!
– Нет ее, – пропищала не я, другая девушка.
– Влада, не глупи! Иди сюда!
Покрывало бесцеремонно отбросили.
– Верните покрывало! – уже заголосила я.
– Не верну, – последовал жестокий ответ.
– Мне холодно! – у меня еще не закончились доводы.
– Согрею, – коварный муж шел напролом.
И правда ведь собирался согревать – ловко опрокинулся на кровать и перекатил меня на себя.
Я-то в отличие от него одеться не успела…
Стыдоба!
– Не хочешь признаваться? – промурлыкали мне на ушко, после чего это самое ушко прикусили.
По телу побежали мурашки.
– Нет… – чувствую, воля моя ослабнет уже после нескольких таких уловок.
– А если я скажу, что схожу с ума по одной вредной безрассудной ведьмочке, которая появилась в моей спальне в неглиже и с того памятного дня перевернула жизнь Великого Артефактора с ног на голову?
Ох…
– Так уж и вредная…
– Еще какая.
– И безрассудная…
– Это у нее в крови.
– А еще она какая?
– Красивая.
– Правда?!
– Очень красивая. А когда улыбается, хочется подхватить ее на руки и кружить, не отпуская, пока не сдастся на волю победителя.
– Хм…
– Она не только красивая! – продолжили поспешно. – Она соблазнительная. Озорная. И ранимая…
– Ранимая?
– Да. Хочет казаться сильной, а на самом деле, подуй ветерок сильнее – и пригнет к земле. Хочется защищать ее. Оберегать. А еще хочется никому ее не показывать!
Уже интереснее…
– Никому не показывать? Почему?
– А нечего всяким разным демонам и другим расам на нее глазеть! Замужем она! Замужем!
И рука этого самого мужа властно легла на… э-э-э-э… на попу.
– А муж сильно сходит с ума по вредной ведьмочке? – пропищала, прислушиваясь к ощущениям, которые усиливались с каждым мгновением.
– Сильно, – подтвердил и вторую руку запустил в волосы, зафиксировав голову так, чтобы иметь возможность смотреть в глаза. – Ты даже не представляешь, как сильно!..
– То есть он тоже влюблен? – вопрос сорвался самопроизвольно.
– Влюблен! – расплылся в улыбке Великий Артефактор. – И ему очень понравилось слово «тоже».
Попалась.
И пропала.
И ничего в этом страшного и ужасающего не было.
Напротив. Было очень-очень приятно.
– Вот как ты могла?! Как? Я тебе доверяла! Я с тобой нянчилась! Я за тобой смотрела! Глаз не спускала! А ты… Ты… Отчудить такое! Нет, и ладно бы других не было! Так ты его выбрала! Понимаю, красивый! Самой нравится, но… Но есть и другие! А ты… Эх! Разве это не предательство?
– А в чем, собственно, ты видишь предательство, дорогая?
– Как в чем? Он же твой!
– Логично, – усмехнулся Великий Артефактор и, подойдя ко мне, жестом собственника обнял за талию, притянул к себе и поцеловал в макушку. – Отстань от ящерки.
– Не отстану. Она моя!
– Твоя-твоя! Никто и не спорит!
– Вот и не мешай!
– Буду мешать! Интересно, твои видели наше прибытие?
– Зрак, а ты бы не заметил приземления двух ящеров?
– Смотря чем бы занимался…
– Великий Артефактор, ведите себя прилично!
– Зачем?
– Мы в доме моих родителей!
– Пока еще не в доме…
– Зрак!
– Ничего не могу с собой поделать! У нас же медовый месяц!
– Но другие не знают!
– Так сообщим!
