— Удивительно, как соседи полицию не вызвали… на такой грохот-то! Но куда больше меня волнует другое: почему, черт возьми, проклятие не снялось?
Грэй уложил меня на кровать. Сам устроился рядом.
— Неужели же наши чувства не настоящие? — мне хотелось расплакаться от отчаяния.
— Не может быть, — уверенно возразил мужчина. — Скорее всего, в описанном в «Эломендариане» случае речь шла все-таки о каком-то другом проклятии. И нам их способ не поможет.
— A вдруг дело в том, что я не девственница? — кольнула меня мысль, и я поспешила поделиться ею с Грэем.
— Не знаю, — протянул мужчина задумчиво. Во всяком случае, такое предположение мне кажется более реальным, чем то, что наши чувства недостаточно сильны.
— И что же делать? — нахмурилась я. — Конечно, у нас существует гименопластика, но вряд ли в нашем случае она решит проблему.
— Гимено… что? — оборотень изумленно посмотрел на меня.
— Операция по восстановлению девственной плевы, — с улыбкой пояснила я.
— Ты это серьезно? — Грэй расхохотался. — Не вздумай страдать ерундой, — предупредил он, нарочито строго сдвинув брови.
— Да я-то не вздумаю, ибо бесполезно. Очевидно, нужна не плева, а невинность как таковая. Но ведь получается, что если ты полюбишь девственницу, проклятие может быть снято, — слезы сами собой навернулись на глаза.
Грэй заметил их:
— Перестань. Мне нужна только ты. И никакую другую девственницу или не девственницу я уже не полюблю, — он нежно собрал мои слезы губами. — Так что оставим этот способ для нашего сына. Да и вообще это всего лишь твое предположение. Никто ведь не доказал, что версия графа Ламбераса про истинную любовь верна.
Я прижалась к его сильному мускулистому плечу. На душе почему-то сразу стало тепло. Подумать только, у меня дома, в моей постели — герцог Валгейнский, альфа оборотней из другого мира! Кстати, сказал бы мне кто такое всего три недели назад, сдала бы его в психушку. Но главное, даже не то, что он герцог и альфа. Рядом со мной лучший мужчина двух миров, мужчина, которого я люблю больше всего на свете!
Я провела пальцами по упругим выпуклым мускулам на его груди. Забавно, но раньше мне совсем не нравились объемные мышцы. Хотелось лишь, чтобы был четко проработан рельеф. Да более того, я млела в объятиях Лешика, который отродясь не встречался с тренажерами. Теперь же, кажется, часами могу любоваться на тело Грэя. Я ощущаю себя счастливой лишь в стальном кольце его крепких рук. Черт, надо же, как меняются эстетические вкусы, подстраиваясь под того, кого мы любим!..
Жаль только, что снять проклятие со своего любимого мне не под силу. И вместо нежных объятий возлюбленного после бурной страсти мне всю жизнь придется бегать за дверь, а вместо благодарного шепота удовлетворенного мужчины слушать злобный рык и шкрябание когтей по металлу. Но, честное слово, Грэй того стоит!
— А я вот знаешь, чего никак не могу понять, — вновь заговорил мой альфа. — Почему все-таки я тебя не тронул?
— Складывается впечатление, будто ты расстроен, — притворно обиделась я.
— Нет, конечно же, я просто счастлив, что этого не случилось, — заверил меня мужчина. — Но очень хочется понять причину.
— У тебя есть какие-то предположения? — я повернула голову и пристально посмотрела на него.
— Есть одно единственное.
— Какое? — я даже приподнялась на локте.
— Как утверждали наши предки, никогда и ни при каких обстоятельствах оборотень не способен причинить вред своей истинной паре. Ни намеренно, ни случайно. А ведь в тот момент я себя абсолютно не контролировал. Что, кроме магии истинных пар могло остановить меня?
— Но разве человечка может быть истинной парой оборотню? — удивилась я. — Ты же сам говорил, что нет.
— Именно так, — улыбнулся Грэй. — Но у меня другое предположение — что если где-то среди твоих предков, пусть даже очень далеких, тоже затесались оборотни? У вас на Земле, кстати, полно легенд об оборотнях. Но даже если мои сородичи не живут в вашем мире, кто сказал, что они никогда не приходили сюда из других?
— To есть ты считаешь, что во мне есть кровь оборотней? — растерялась я. Меня охватило какое-то странное волнение. Подумать только, кто-то из моих пращуров — оборотень'.
— Да, какая-то доля. Пусть даже очень маленькая.
— И мы с тобой — истинная пара? — сердце в груди забилось чаще.
— Полагаю, это более чем вероятно. Меня, кстати, тянуло к тебе едва ли не с первого взгляда, — признался он.
— Ну, я пожалуй, тоже была к тебе не совсем равнодушна с самого начала, — в свою очередь не стала скрывать я.
— И Гард, — продолжал Грэй, — чья интуиция практически никогда не ошибается, столкнувшись с тобой тогда в метро, был почему-то уверен, что просто обязан привести тебя ко мне на отбор.
— Вот вы интриганы-тихушники! — воскликнула я и легонько стукнула его кулаком по груди. — Но объясни мне вот что, запавший на меня с первого взгляда — какого ж дьявола ты нарезал круги по саду под ручкой с Кирной? — я посмотрела на оборотня испытующе.
