– Все стесняются, – убежденно тряхнула волосами Армель. – И я, и граф. Вот он и отшутился. Будь иначе, разве позвал бы он тебя? Ведь полно претенденток, бери не хочу, а признался он тебе.
– Я тоже так думаю, – кивнула я, успокаивающе погладив подругу по плечу. – Ну где ты видела вокруг меня вереницу поклонников, с кем бы не мог справиться месье де Армарьяк?
С моей точки зрения, да, таких претендентов и не могло быть. Граф был богат. Думаю, его бы семья даже не заметила, попроси я немного золота для «Гнезда». А еще он молод и хорош собой. Кто бы еще мог оказаться более привлекательным в моих глазах?
– Ты скоро станешь графиней! – радостно взвизгнула Армель, запрыгав на месте и моментально забыв о переживаниях подруги.
Аврора неуверенно кивнула, сама свыкаясь, похоже, с этой мыслью.
– И мы будем вместе в столице! – Армель сжала руки баронессы, радостно улыбаясь. Маркизу совсем не смущало, что предложение о браке получила пока только одна Аврора. Армель совсем не думала о том, что дофин может выбрать другую девушку.
«Вместе». Радость подруги больно царапнула меня по сердцу. Они. А я?
Я усилием воли сохранила доброжелательное выражение лица. Было ли мне неприятно? Самую малость. Радость Армель я понимала, скажи граф или один из фаворитов о своем решении выбрать меня в спутницы жизни, я бы сама сейчас прыгала от радости до потолка. А уж узнай, что одна из подруг поехала бы со мной… В общем, эмоции Армель не вызвали во мне возмущения, только тихую грусть.
Впрочем, до маркизы достаточно быстро дошло, что в этом «мы» не было одного человека – меня.
Армель застыла на месте, словно ее приморозили хорошенькой порцией льда.
– Эвон, – простонала маркиза, окончательно осознав ситуацию, – но как же так… Эвон…
– А что я? – как можно равнодушнее пожала плечами. – Останусь в академии, доучусь. После отбора у меня неплохие шансы найти удачную партию. Выйду замуж… как все…
Голос дрогнул, и я едва сдержалась, чтобы не заплакать.
– Остальным фаворитам все еще нужны невесты, – глубокомысленно заключила Армель. – Возможно, если ты понравишься кому-нибудь из них на балу…
«Остальным»… Граф тоже так сказал. Мне некстати вспомнился подслушанный на балконе разговор. Помнится, тогда что-то говорили об обряде, «времени первой крови» и невестах для фаворитов. Мигом стало не по себе. Стоит ли рассказать подругам?
Последние несколько дней выдались насыщенными на события, я и думать забыла об этих странных словах, но теперь… Еще и слова месье Ноэля, слухи о девушках из отбора, которые уже не девушки. Возможно, все гораздо более мрачно, чем мне казалось раньше? Связывала ли я прежде все это воедино? Нет. А надо ли теперь?
– Знаете, я…
– Мадемуазели, к вам можно?
Меня прервал стук в дверь, может, наконец и до нас дошли портнихи. Армель, даже не дав мне продолжить, метнулась открывать. И только перед тем как выйти к гостям, проверила свой внешний вид, мельком взглянув в зеркало.
Я же прикусила губу. Видимо, не судьба. Вздохнула, поднимаясь с кровати, и поправила юбку. Плохо появляться перед столичными гостями неопрятной.
Дверь распахнулась, и перед нашим взором предстали три уставшие женщины.
– Прошу, проходите, – улыбнулась Армель.
Но не успели портнихи зайти в комнату, как в коридоре раздался истошный визг:
– Помогите! Лу! Ей плохо! Помогите!
Женщины, разом забыв про усталость, кинулись вон из комнаты. Мы с подругами тоже было подались вместе с ними, однако путь нам преградил появившийся ниоткуда паж.
– Мадемуазели, вам лучше вернуться в свои покои.
Отбросив книжку в сторону, чего со мной давно не случалось (ведь роман о короле Персефоресте самое прекрасное, что я читала), я подошла к двери. Интересно, паж еще там?
Приоткрыла крохотную щелку и выглянула в коридор, уткнувшись носом в спину «охранника».
– Вы что-то хотели, мадемуазель? – сухо поинтересовался паж, оборачиваясь.
Глаза у него, что ли, на затылке? Я же тихонько-тихонько!
– Да, месье, книгу, – «смиренно» пробормотала, косясь по сторонам.
Картина была точно такая же, как и вчерашним вечером: у дверей претенденток стояли пажи, а по коридору прогуливались менталисты. Как в карцере! Именно так я представляла себе тюрьмы, читая новые истории о рыцарях. Только в этот раз в каземат угораздило попасть мне, а не бравому Персефоресту.
– Предыдущая вам тоже не понравилась?
– Нет, месье, – покорно отозвалась, стараясь рассмотреть как можно больше, пока есть возможность. Я уже трижды выглядывала и просила принести мне книги, но ситуация в коридоре никак не менялась.
– А вот, по словам месье Труа, вы брали ее чаще остальных. Можно сказать, этот роман ваш «фаворит».
Естественно! Ведь это же самая интересная часть о короле Персефоресте. Там он целует мадемуазель Лиру и отправляется в таинственный лес. Разве можно не зачитывать до дыр такое описание нежных чувств, как в этой главе? Но не в такой же ситуации, когда лично у меня нервы на пределе. Понять бы еще, что происходит, а то сижу тут как… голубь на жердочке в своей голубятне. Жду какой-то весточки, но безрезультатно.
