– Знаете, я так волнуюсь! А вдруг принц на самом деле отправился в столицу вновь поискать там кандидаток? Решил, что общество деревенских девушек недостойно его персоны.
Такие слухи ходили по академии, но я сомневалась, что им можно верить. Не нашли же дофину невесту в столичном отборе. Кого теперь искать, если все кандидатки были забракованы?
– Он отправился к границе, – рассеянно поправила подругу Аворора, разглаживая руками юбку ученического платья, – к семье Марии-Элены. Думаю, их поместье всего в полудне пути.
Мы с Армель с одинаковым удивлением уставились на баронессу. Что она только что сказала?
– Месье де Армарьяк говорил, что поездка не займет много времени и уже через пару дней…
Вдруг Аврора замолкла и уставилась на нас с откровенным ужасом на лице.
– Граф сказал тебе? Когда?
– Вы так близки?
Наши с Армель восклицания слились в одно, заставив Аврору залиться краской. Маркиза, подобно урагану, подбежала к смущенной девушке и схватила ее за руки. Слова Авроры так меня поразили, что я не подскочила на месте лишь потому, что могла только удивленно моргать.
– Он признался тебе, да? Аврора, не молчи! – трясла подругу за плечи маркиза.
Аврора растерялась от нашего жадного внимания и, зажмурившись что есть силы, дважды коротко кивнула, вызвав у меня и Армель бурю эмоций.
Но если Армель прыгала и хлопала в ладоши, после чего начала радостно ахать, то я растерянно смотрела на девочек. Аврора? Но мне казалось, что граф более благоволил мне, а не скромной баронессе. Вот как… если Армель все удастся, а Аврора согласится, то я останусь совсем одна в академии. Мигом представила, как брожу одна по знакомым коридорам, с завистью оборачиваюсь вслед стайкам девочек. С кем поделиться переживаниями, впечатлениями от книг в день Солнца? Больше не ворвусь в комнату к Армель и не кинусь к ней на кровать, маркиза больше не воскликнет возмущенно: «Эвон, обувь!»
Нет, зависти не было. Только грусть. Остатки обиды я без сожаления затолкала на задворки сознания. Что Аврора, что Армель потрясающие красавицы, естественно, не мне тягаться с ними. Чего удивляться? Тут хоть завидуй, хоть не завидуй, но не исправишь ситуации. Остается только, как говорит дедушка, уступать «красиво». Улыбнулась. Спокойно и безмятежно встретила напуганный взгляд баронессы.
– Когда? – задала правильный вопрос Армель. – Бог мой, когда вы могли остаться наедине?
Я охотно поддержала подругу. Неужели Аврора тайно встречалась с графом? Это как-то не укладывалось в моей голове. Пожалуй, подобного безрассудства я могла ожидать от Армель или от себя, но никак не от Авроры. Хотя если хорошенько задуматься, я могу себе представить эту сцену: кутающаяся в шаль баронесса, закат и граф, едва касающийся пальчиков подруги. О чем они могли бы говорить? Нежная Аврора и фаворит дофина. Вот тут мое воображение пасовало.
– На испытании, – призналась наконец баронесса, поколебавшись мгновение.
– И ты молчала?
– Так давно?
И снова наши голоса с Армель слились в один. Я не могла поверить, что Аврора так долго хранила в тайне такую новость.
– Мне надо было подумать, – ответила Аврора. – Прислушаться к своим чувствам. Месье де Армарьяк сказал, что мое решение должно быть добровольным и я должна озвучить его сама. Я, увы, не подойду на роль королевы, но графу по душе…
Голос Авроры сорвался, и она внезапно замолкла, затравленно посмотрев на меня.
Так неужели причина молчания баронессы – это я? Армель несколько удивленно перевела взгляд с меня на подругу.
– Прости, Эвон, – покаялась Аврора. – Я не хотела, прямо так и сказала месье де Армарьяку. Но он…
– Что он? – спросила мгновенно одеревеневшими губами.
Неужели граф сказал какую-то гадость? Мне было неприятно от этой мысли. Может быть, что я слишком глупа? Или когда он принес мне «приглашение», я оказалась слишком… раскрепощенной, и фавориты решили, что столь развратной особе нет места среди их избранниц. Действительно, я вела себя ужасно. Узнай дед, отходил бы меня хворостиной. Похоже, я окончательно опозорила род.
– Сказал, что ты, Эвон, уже занята и он не хочет становиться в очередь претендентов, потому что невеста нужна не только одному ему, – вздохнула Аврора, опуская глаза. – И что граф не видит смысла цепляться за мечту, когда реальность рядом.
Аврора по мере разговора опускала голову все ниже и ниже, а ее речь становилась все тише.
У меня же слова Авроры вызвали смятение. Я занята? Вереница претендентов? Это точно обо мне?
– По-моему, граф влюблен в Эвон, – едва слышно прошептала Аврора. – А я как замена, потому что он не надеется выиграть в схватке за ее сердце. Это… неприятно быть заменой.
Я же поняла, что чувствовала Аврора. Как ужасно понимать, что, сложись обстоятельства иначе, на тебя бы не обратили внимания. И то, что сказал граф, по-настоящему ужасно!
– Я думаю, ты не так поняла, – убежденно возразила Армель. – У месье де Армарьяка специфическое чувство юмора. Наверняка он смешался и не знал, что сказать. Ведь уверять тебя в своей любви ему могло помешать стеснение.
Аврора недоверчиво посмотрела на подругу.
