- Река в том месте очень широка, не меньше четырех месяцев уйдет... В объезд, до ближайшей переправы путь втрое увеличивается.
- А отчего мост загорелся? - спросила я, припоминая ночной сон и пожар.
- Сие пока не ведомо... Но поговаривают, что поджег, не иначе, - ответил один из ратников. - С чего б ему сгореть самому по себе? Хороший мост, крепкий, новый.
Мы вместе с обозом, двинулись к лагерю, где расположились наши войска. Тень, отброшенная летящим Горынычем, подсказала мне интересную мысль.
- А если на Горыныче соль перевозить? Хотя бы через реку? Ведь на много быстрее выйдет!
- И сподручнее! Не то слово! - обрадовался ратник. - Эх, если б нам Горыныча!... - и он с надеждой глянул на парящего Грыныча. - Но он охрана Нареченной... Отпустит ли? - засомневался он.
- Отпущу, конечно! - подтвердила я, и по изумленному моим ответом ратнику, догадалась, что он и понятия не имел, что Нареченная это я.
Я оперативно договорилась с Горынычем о помощи на переправе соли через реку, и он, усадив на спину ратника с первого соляного обоза, отправился в путь.
Мне утреннее свидание с Яромиром и совместный завтрак пришлось отложить. Ратмир, ответственный за возведение соляного окружения черного замка, встретил обоз, и после перемены уставших в дороге лошадей намеревался незамедлительно отправиться устраивать заслоны. Помня с каким старанием влюбленный Князь не смотрел на Мирру, я решила сделать ему маленький подарок: отправила к нему на завтрак Мирру якобы с рапортом от меня, как моего гонца и порученца. Сама же, сопровождаемая недовольным таким изменением планов Жутиковым, присоединилась к небольшому отряду воеводы Ратмира под покровом тайны направлявшегося устраивать первый соляной заслон, что бы отрезать нечисти пути к отступлению. К тому же я надеялась узнать побольше о черном замке и подходах к нему. Да и компания Ратмира, относящегося ко мне с большой симпатией, для меня очень приятна. Пожалуй, он был единственный в этом мире, кто в первую очередь видел во мне - меня, а не Нареченную Князя. А ворчание и едкие замечание Жутикова стали давно привычным и уже воспринималось вполне естественным фоном, не отравляя настроение.
Связь с лагерем осуществлялась новым для меня и достаточно необычным методом. Курьер, молодой чародей на метле, привозил небольшой горшочек, плотно прикрытый крышкой. Следовало подогреть горшок, снять крышку и всматриваться в бурлящую зеленоватую воду. Если над горшком склонялся адресат, то она начинала мерцать, и появлялся образ того, кто отправил это своеобразное письмо.
Вернулись мы только через двое суток, получив через курьеров на метлах несколько нагоняев от Яги и Князя за самовольное, без их ведома, отбытие из лагеря и долгое отсутствие..
За два дня Ратмир наметил места засад и тайных складов, линии окружения и пресечения возможных путей отступления нечисти, обустроил первый тайный склад и засаду. Он, истинный стратег и воевода, вызывал искреннее восхищение и самые теплые чувства. Я с удивлением отметила, что мы порой начинаем понимать друг друга без слов, и ощущала, что его симпатия ко мне гораздо сильнее, чем просто дружеское расположение. Это радовало меня, находило теплый отклик в душе, хотя, он, верный понятиям чести и верности своему Князю, ни словом, ни намёком не упомянул о своих чувствах.
Как ни удивительно, но для Яги, находящейся далеко от нас, искренняя симпатия Ратмира ко мне не была тайной, о чем она непрозрачно намекнула в последнем послании и категорически велела немедленно возвращаться.
- Тебе и здесь дел по самые ушки и даже выше! - сурово вещала она, глядя на меня из переданного курьером маленького горшочка с бурлящей зеленоватой водой. - Такое творится, что диву даёшься! Немедленно возвращайся! Сей же час! И попробуй только ослушаться, воеводу Ратмира тогда в лягушку обращу! - Пригрозила она и после паузы, подмигнув мне, добавила, - после победы над нечистью!
То, что Яга говорила о победе, радовало несказанно, значит, ей удалось что-то проведать и верно истолковать знаки Судьбы.
Возвращение приготовило свои сюрпризы. Лагерь встретил нас ...странно. Отчего-то люди прятали от меня глаза, смотрели с сочувствием и любопытством. Чувствовалось, что в наше отсутствие случилось нечто неординарное. Более того, в воздухе пахло скандалом.
- Что-то произошло...- отметил Ратмир, помогая мне сойти с коня.
Сотни пар глаз наблюдали за нами, пока мы шли до шатра Яромира. Я терялась в догадках. Скандал из-за того, что я два дня отсутствовала в лагере и пребывала в отряде Ратмира, и сплетни по этому поводу? Я сосредоточилась на ощущениях, ловя тонкие флюиды эмоций. Нет. Чувствовалось, что весь лагерь на моей стороне, люди поддерживали меня. Я настроилась на Ратмира. Его тоже окружала волна народной поддержки.
Я сосредоточилась на ощущениях, "считывая" эмоциональный настрой окружающих пока мы продвигались к шатру. Яромир! Чем-то он вызвал негодование. Но что мог сделать так почитаемый и уважаемый войском Князь? Я терялась в догадках.
