— Мы украли его во время завтрака, — с гордостью сообщил Эрвин, — и пронесли через охрану. Замаскировали под одеждой, якобы это защитная пластина, и никто не заметил.
Он распахнул куртку, и я закатила глаза.
— Давайте пока еще не будем никому отрезать голову, — сказала им.
— Тогда я задушу его собственными руками, — предоставил мне выбор Мун Кин. — Подкараулю и не оставлю ни единого шанса на его мерзкую жизнь!
Но я покачала головой, отвергнув и одно, и второе крайне заманчивые предложения.
Не стоило убивать брата Чариз Моррис, потому что…
Не только потому, что никого не стоило убивать, а, быть может, он все-таки последний из моей семьи, и подслеповатый и глухой лорд Пемроуз ни в чем не ошибся?! Потому что я — Чариз Моррис, и именно я согласилась на помолвку, поддавшись чувству долга, чтобы брат избежал долговой тюрьмы?!
Или же… Быть может, он привычно мне врет? Никакой он не мой брат, а просто хочет использовать меня в своих целях?
Что, если все вокруг врут?!
И братья Ворсли, уставившиеся на меня преданными взглядами великовозрастных щенков, и невозмутимый Мун Кин, во внешности которого было слишком много от Первого Змея?
— Зачем Шерридан Макнейл поехала на отбор? — обратилась я к Ворсли. — Судя по всему, северянам не слишком-то нравится все, что связано с Ангором. Тогда почему она согласилась?! Можно же было отказаться, никто не тащил ее в столицу силой!
— Ваш брат, леди Шерридан, — отозвался Фергус, упрямо не замечая, что я говорила о Шерридан Макнейл в третьем лице, — насколько мы знаем, как раз настаивал на том, чтобы вы не ехали в Авенну. Но вы уперлись рогом, так он и сказал всем на Совете Севера. Но затем вы сами туда пришли, на Совет, и заявили, что обязательно отправитесь в столицу и сделаете то, что должны.
И я решила пойти на небольшую уступку.
— И что же, по-вашему, я должна была сделать? — спросила у них.
Но Ворсли не спешили отвечать. Замялись, а потом признались, что они не знают.
— Все принялись кричать и топать ногами, а потом люди лорда Макхары сцепились с охраной О’Кейна, — произнес Фергус. — Мы с братом кинулись их разнимать. Началась драка, но все почему-то решили, что виноваты именно мы. Поэтому нас выставили вон, а потом еще и от отца попало…
И он растерянно потер голову.
— Поэтому мы не знаем, чем закончился Совет, — покивал Эрвин, — и зачем вам нужно было ехать в столицу. А отец заявил, что мы узнаем только тогда, когда поумнеем. — По моим прикидкам выходило, что это произойдет еще очень нескоро. — Но мы с братом думаем, что это как-то связано с Договором Согласия, который истекает в следующем году. Хотя лучше будет спросить у него самого.
— Его сейчас не спросить, он в стазисе, — напомнила я, на что братья покивали, завив, что пора его уже оттуда вызволить.
Они не знают, что такое стазис, но можно прокрасться ночью и…
Я покачала головой.
— Нет, — сказала им. — Никто и никуда не будет красться. Дайте уже своему отцу спокойно выздороветь!..
Затем еще раз попыталась разузнать у них о Договоре Согласия и о миссии Шеридан Макнейл, но Ворсли ничего толком не знали. Снова заявили, что обо всем мне расскажет отец.
Единственное, им было известно, что это как-то связано с войной.
Но с кем именно собирался воевать Северный Предел, они, опять же, понятия не имели. Быть может, с Клаймором, с которым у них и так вечные стычки. Или же с пиратами из Островного Королевства, постоянно терзающими берега Севера — пора уже отбить у них несколько кораблей и самим напасть на их дома!..
Или, быть может, даже с самим Ангором, с которым у Севера давно были разногласия. Слишком многие на Совете выступали за то, чтобы отделиться, а столицей Северного Предела сделать Бастион Эшад.
— Быть может, леди Шерридан решила стать королевой Ангора? — высказал смелую мысль Эрвин Ворсли. — Тогда бы никакой войны не было! Ваш брат утихомирил бы самые горячие головы, наши гарнизоны получили воинскую помощь и довольствие, и мы разбили клайморцев у наших границ, а потом и проклятых островитян!
Но я понятия не имела.
— Все может быть, — сказала им.
После чего заявила, что очень скоро все встанет на свои места, потому что я обязательно вспомню.
Выходило, у меня появилась еще одна причина остаться на отборе как можно дольше — насчет замужества с кронпринцем я не загадывала, но мне хотелось разобраться в том, что происходит на Севере, и, если получится, замолвить за них словечко.
Но были еще и шиалорцы.
Вернее, Мун Кин, который заявил, что он уже проявил максимум терпения и выдержки, дарованных ему Отцом-Первым Змеем. Но теперь настал и его черед поговорить со своей принцессой наедине.
На это Ворсли снова вызверились, сказав, что они не отступятся и никуда меня не отпустят. Вот, они недосмотрели, пустили все на самотек, и этот мерзкий ангорский лорд — судя по всему, речь шла о Моррисе, а не о Пемроузе, — расстроил леди Макнейл!
Поэтому они не позволят это сделать шиалорцу.
