Я угадал. Планёр улетел и не вернулся, мы выждали немного времени и развернули коней. Дорога, хоть и заброшенная, позволяла им идти галопом, и задница тут же выдала свой протест дикой болью. Но ради скорости приходилось терпеть, я неимоверно спешил. На трассе мы резко повернули налево, и я вылетел из седла, застряв правой ногой в стремени. Ощущения очень неприятные. Зато я смог красиво взлететь обратно в седло, и в глазах Лоны увидел восхищение, но я ей и так нравился, вольтижировка мало что изменила. А вот правая рука заболела всерьёз, соперничая по остроте ощущений с задницей.
Я, конечно, могу и драться, и стрелять левой, но куда хуже, чем правой. Зато фехтую обеими руками одинаково плохо. Оставалось надеяться, что ушиб быстро заживёт, причём сам, потому что я не собирался останавливаться, чтобы достать из вещмешка целительную мазь.
Где-то далеко сзади послышался рокот мотора дирижабля, и удалился на запад. Лона жестом показала, что тоже слышала, и улыбнулась мне. Я улыбнулся в ответ. Пока всё по плану. Пусть противник организовывает засаду, удачи им в этом деле. Хорошо бы, чтоб они наткнулись на банду разбойников, глядишь, потери понесут. Жаль, что серьёзных банд на заброшенных дорогах не бывает.
Бешеную скачку пора было прекращать. Какими бы великолепными ни были наши кони, но и они устают. Мы перешли на рысь, и начали высматривать удобное место для привала. Как нельзя кстати наткнулись на табличку "Гостиница: ночлег, еда, выпивка". Увы, постоялого двора уже не существовало, остались одни головешки - кто-то дал себе труд его поджечь. Но возле пожарища разбил лагерь караван, как выяснилось, из Камарга в Гроссфлюс, и мы остановились позавтракать возле них. Дваш произвёл на всех огромное впечатление, сожрав чью-то козу едва ли не одним движением челюстей. Купцы возмутились, но соизволили простить пса, когда я оплатил им убытки по совершенно неимоверной цене.
Я не знал, может ли глаз ведьмы распознать нас среди других людей. Надеялся, что нет, да и планёр больше не прилетал. Они же ловили нас где-то в лесу, им некогда следить за дорогами. Так что мы купили дров и хвороста, чтобы не собирать их самим, я разжёг костёр, а Лона стала готовить завтрак. Сытый и совершенно счастливый Дваш плюхнулся на бок и уснул, даже не пытаясь ей мешать. Глаза он ненадолго открыл только раз, когда один из купцов вознамерился с нами поговорить. Пёс негромко рыкнул, и купчина растерял всю свою разговорчивость.
