- Вот астроном примерно так сказал, - вздохнул граф. - И добавил, что будь Земля плоской, не было бы никакого горизонт. А ведь во Франции во времена, когда лук и меч были главным оружием, за одно только предположение, что Земля не плоская, могли сжечь на костре. Это казнь такая за оскорбление Бога.
Лона спросила, почему такая мучительная казнь, граф в ответ понёс какую-то чушь об очищении огнём души от греха, но добавил, что ныне уже не спасают души таким способом.
- Я есть не понявший, как судьба обломков ковчега есть сложившаяся, - я в очередной раз попробовал вернуть собеседников к нужной теме.
Граф сосредоточился, вспоминая, что такое ковчег, и как ни странно, вспомнил. Но мне это мало что дало.
- А про ковчег - всё, - решительно заявил он. - Я не знаю, что евреи с ним сделали. Главное, они захотели попасть в мир, откуда появился ковчег, и им удалось. евреи очень хитрые, они смогли построить транспорт для скачков между мирами. Только этот транспорт гораздо хуже, чем тот способ, каким сюда попал я.
- Транспорт есть хуже чем?
- Когда транспорт уходит в другой мир, там, откуда он ушёл, остаётся что-то радиоактивное. Понимаете, герцог, есть масса законов сохранения, и все они неукоснительно соблюдаются для каждого мира отдельно. Сохраняются энергия, импульс и многое другое, не помню, что именно, я не физик. А в итоге получаются нестабильные изотопы. Вы знаете, что такое изотопы?
- Изотопы есть атомы одного элемента, что их масса есть разная.
- Да. А потом некоторые изотопы распадаются, и получается радиоактивность.
Лекция по физике меня тоже не интересовала. Надежда узнать у графа, что израильтянам нужно от Эльдорадо, быстро таяла. Я боялся, что он вот-вот отключится, так что спросил, что случилось с ним после разговора с астрономом.
- Тогда я и узнал, что сюда порой попадают люди, родившиеся в других мирах, иногда более развитых, чем этот, - продолжил он. - И мои знания не стоят ничего - всё это здесь уже известно. Так что я попытался издать интересную книгу, во Франции она имела оглушительный успех. Про того самого Атоса, графа де ля Фер. За издание нужно платить, и я пошёл за кредитом в Блувштейн-банк. Но банкир только посмеялся - эту книгу уже издали в Камарге лет сто назад, и до сих пор допечатывают и продают. И не только её - и про Гамлета, Одиссея, Холмса и всех остальных, кого я знал. Тогда банкир предложил поработать на его организацию. То есть, на евреев. Вот и работаю.
- Они есть делающие тут что? - без всякой надежды на успех спросил я.
