Сколько прошло времени? Неизвестно. Я потеряла ему счёт.
Наконец Демид обернулся человеком и не говоря ни слова прильнул к моим губам. Дикая, невероятная страсть нахлынула на меня. Отбросила все принципы и предрассудки и отвечала ему с той же яростью.
Вскоре мой тонкий свадебный наряд оказался на траве. Я стояла перед ним в лунном свете, а он любовался мной.
— Какая же ты красивая, — послышался хриплый голос.
Эта ночь — первая брачная, была наполнена страстью и диким сексом. Вернулись домой лишь под утро, уставшие и голодные.
Демид
Наша свадьба была незабываемой, по крайней мере для меня. Теперь мы с Натали единое целое и ничто и никто на свете не сможет разлучит нас.
Мой отец всё же проявил милость к собственному сыну и сам провёл торжественную церемонию.
Но кто бы знал, чего мне стоило выдержать разговор с Альфой перед свадьбой. Ведь я сам виноват и признавал это. Сейчас, оглядываясь назад, понимал что непростительный поступок совершил. Прежде всего мы должны думать о наших собратьях и лишь потом о себе. Тем более, как говорил отец, он мечтал что я когда-то займу его место во главе клана.
Сегодня я бы не сделал так, как поступил в прошлый раз.
Чуть больше года назад я опрометчиво пошёл против воли отца, против совести.
За это он хотел изгнать из нашего клана своего нерадивого сыночка, но мама упросила не делать этого.
Иначе никто из моих родственников не стал бы общаться со мной. Слово Альфы закон, который я решил нарушить. А с изгнанниками разговор короткий. Да и случается подобное крайне редко. По крайней мере на моей памяти было всего лишь раз. Когда молодой волк убил своего собрата. Его изгнали, а потом он сгинул.
Одиночкой быть в наше время опасно.
Отец обвинял меня в легкомысленном, безответственном отношении к жизни, не только своей, но и всего клана, не говоря уже про собрата, пострадавшего по моей вине.
Я знаю, что отец был прав. Осознал теперь. Но Чёртова гордость не давала прийти с повинной головой, признать это во всеуслышание, покаяться. Я тянул с этим столько времени.
Ведь из-за меня чуть не погиб один из молодых волков.
Мирону исполнилось тогда восемнадцать.
Это один из последышей, слабоват конечно, но обращение в волка у него произошло нормально.
Он прошёл инициацию и переродился в первый раз.
А надо сказать, что не все слабые особи способны на обращение, тем более если это не первый ребёнок в семье. Всю силу в основном забирал первый сын. А Мирон был третьим и хиляком. Своеобразным ботаником среди волков.
Так уж получилось, что сопровождать его в первой охоте должен был никто иной как я. Мой отец назначил меня на эту роль, возлагая большие надежды.
Хотя у меня были свои дела. А проще говоря, у меня должно было быть свидание, которое не хотел пропускать.
С Мироном мы хорошо ладили и довольно часто общались до этого, можно сказать дружили.
Началась охота. Мы бежали по лесу, выискивая подходящую дичь. Я показывал как различать следы и запахи. А сам думал как свинтить.
Я хотел выйти с ним на след и думал оставить его на какое-то время. Вообще первая пробежка длится до утра и не видел ничего плохого в том, что он побегает какое-то время один. Всего лишь часа три-четыре. Потренирует навыки и сможет слиться с природой.
Так и получилось. Набрели на одинокого сохатого, наверное, он отстал от стада.
— Наблюдай пока, — отправил мысленный посыл Мирону, — я скоро вернусь.
Парень согласился и пообещал без меня не лезть охотиться, лишь просто следить и не упустить животное. Видел как он занял удобное для наблюдения место с подветренной стороны и улёгся в высокой траве.
Я быстро вернулся к себе домой, сменил одежду и поехал к девочке, с которой должен был встретиться.
Это была очень красивая барышня. Мы только-только начинали общаться и она нравилась мне.
А эту лунную ночь хотел провести с Анжеликой. Ведь ещё позавчера назначил ей свидание в ночном клубе.
Глупо было с моей стороны, непростительно.
С девушкой всё получилось как и хотел. Мы выпили коктейли, потанцевали и я отвёз её в гостиницу, где заранее забронировал номер. Мне даже гипноз применять не пришлось, она сама прыгнула ко мне в постель.
После секса я оставил её, пообещав перезвонить. Но само собой и не вспомнил даже.
А вот вернувшись в лес не обнаружил Мирона.
Вот болван, подумал я. Договорились же, чтобы не уходил далеко. До рассвета оставалось ещё около часа и время найти Мирона ещё было. То, что он не дождался разозлило меня.
Я стал искать его след. Но было бесполезно. Мирон как сквозь землю провалился. Даже запах учуять не мог.
Я ругал нам чем свет стоит и себя и Мирона, обежал добрую половину леса и, наконец, перед самым рассветом нашёл его на опушке.
Он лежал в волчьем обличии, завалившись на бок и не подавал признаков жизни.
Я обернулся в человека и подошёл вплотную.
— Мирон, — стал трепать его за голову.
Почувствовал что-то тёплое и убрав руку с его шеи увидел, что ладонь в застывшей крови.
