А потом он столкнулся с грузной женщиной, на которой был запах полукровки. И незаметно шел за ней до домика стряпчего, где услышал интересный разговор. Молодой адвокат – почти мальчишка – и незнакомка говорили о Ринке. О том, что некто Герхард Тамаск хорошо заплатил судье за обвинительный приговор. Что ему нужна девчонка живой или мертвой. И что только чудо может спасти ее.
– Это я виновата, – сокрушалась женщина. – Знала же, что этот хлыщ та еще сволочь! Но надеялась, что старый эрл не даст девчонку в обиду. Его отец хорошо мне заплатил за эльфийскую кровь. Девочка согревала бы его старые кости, делилась теплом и, глядишь, старик протянул бы еще двадцать лет. Угораздило же его помереть в брачную ночь! Он не успел даже сделать ее женой!
– Ничего, у нас есть одна лазейка, – успокоил ее адвокат.
– Какая?
– Божий суд.
– Но он не использовался уже много лет.
– Да, но это не значит, что его отменили.
– Думаешь, кто-то захочет вступиться за полукровку?
– Почему бы и нет? Она юна, невинна и очень мила. Найдется много охочих если не до ее тела, то до магии, скрытой в крови.
Эти слова заставили Брента заскрежетать зубами. Он с трудом сдержался тогда, чтобы не выскочить из укрытия, размахивая мечом, и не порубить негодяя, посмевшего это сказать, на мелкие щепки.
Только природная осторожность и бдительность удержали его на месте. И, как оказалось, не зря. Он узнал все, что хотел, и план спасения пришел сам собой.
Правда, и здесь Судьба в лице сенешаля подложила свинью.
Божественный брак!
Брент рассчитывал, что сразится за девушку и заберет ее, как трофей – обычный итог подобных историй. Но все снова пошло не так. Ему пришлось не только обнажить меч и пролить кровь, но и обручиться с девчонкой по древнему обычаю, доставшемуся людям от Первородных.
А это не входило ни в его планы, ни в планы аэра.
Ну ничего, эта проблема еще не самая главная. Ее можно отложить на потом. Главное, девушка спасена и почти в безопасности. Осталось оградить ее от собственной глупости – и можно вздохнуть свободно.
Но именно последнее могло оказаться труднее всего. Инстинкт уркха подсказывал: у этой запуганной и робкой девушки внутри особая сталь. Да, она доверчива и очень ранима, но в то же время горда и упряма. А это может доставить кучу проблем.
Брент понимал: Ринкьявинн ему не доверяет. И ничем не мог изменить этот факт. Не мог рассказать ей правду, ведь клятва, наложенная на него аэром, подразумевала мгновенную смерть при любой попытке открыться.
В сложившихся обстоятельствах единственное, что ему оставалось, это молчать. И надеяться, что здравый смысл у его подопечной окажется сильнее эмоций и чувств.
Было и еще кое-что, о чем ему не следовало забывать.
Магия рода Джиттинат проснулась в не самый подходящий момент. Даже по человеческим меркам девчонка еще ребенок. Вряд ли она может контролировать дар. А спонтанные вспышки, провоцируемые эмоциями, будут еще не раз.
Как бы это не довело до беды! Слишком уж много охочих на эльфийскую кровь.
Брент отсутствовал всего с полчаса, а когда вернулся, то нашел Ринку спящей. Девушка скрутилась в комочек, подтянув колени к груди. В такой позе она казалась совсем малышкой. Он задержал на ней взгляд и почувствовал, как в груди шевельнулось несвойственное ему чувство. Что-то среднее между нежностью и заботой.
Только этого ему не хватало!
Схватив одеяло, мужчина укрыл девушку. Подумав, подхватил на руки и перенес на кровать. Снял с нее туфли.
Так ей будет удобнее. Аэр ведь приказал заботиться об удобстве последней из рода Джиттинат…
Ринка не проснулась. Только вздохнула и повозилась немного, укладываясь в любимую позу. Она слишком устала и перенервничала за это время, чтобы обращать внимание на подобные мелочи.
***
На следующий день зрение восстановилось, и они двинулись в путь. Только на этот раз Брент позаботился, чтобы у Ринки был собственный транспорт.
– Это Ромашка, – представил он пегую кобылку, подводя ее к девушке.
Ринка с опаской осмотрела животное. Конечно, в монастыре воспитанниц учили ездить верхом, но только в дамском седле и только шагом. А здесь седло было мужское. И, судя по тому, как Брент торопил ее, скакать им придется бодрым галопом.
– А я не могу, как раньше, ехать с тобой? – девушка подняла на Брента умоляющий взгляд. – Боюсь, я не очень хорошо держусь в седле…
– Привыкай. Энхалль теряет маневренность со вторым седоком, да и я тоже. Я не смогу защитить тебя, если ты будешь постоянно мешаться под рукой.
Она нахмурилась.
– Защитить?
– Больше ни слова, – отрезал он, досадуя на себя за болтливость. – Залезай.
И Ринка поняла, что спорить с ним бесполезно.
Мысленно попросив прощения у Пресветлой, она приподняла подол до колена, вставила правую ногу в стремя, схватилась обеими руками за луку и оттолкнулась от земли.
Но то ли лошадь оказалась слишком высокой, то ли девушка слишком неумелой, но попытка забраться в седло без привычной скамеечки не увенчалась успехом.
Она просто подпрыгнула в воздухе, чтобы приземлиться обратно на землю.
