С этими словами она вышла на террасу и попыталась засвистеть. Не вышло, и она выругалась. Я сжал губы, потому что смешок так и просился. Прежде чем уйти, послал Атли прощальный взгляд. Хотел запомнить его таким, чтобы позже радовать свое самолюбие. Мне не нужно было говорить, что с показаниями знахаря я растопчу его. Он и так знал.
– Если выживешь… – Я метнул взгляд на паучиху. Бедной так и не удалось влезть на стену, зато она удобно устроилась на кровати в гнезде из платьев. – Впрочем, не думаю.
Я позвал Дрона и пошел к Алире. Сложив руки на груди, она мрачно смотрела на океан, погрузившись в свои мысли. Похоже, слова Атли ее задели так сильно, что она и не вспомнила о вещах. Я бы все равно не стал брать ничего, что принадлежит врагу. Обняв ее со спины, невольно вдохнул сладкий аромат и поймал себя на мысли, что не могу надышаться.
– Забери меня отсюда, – прошептала она.
Дракону в пасть, именно этого я и хотел больше всего на свете.
Ну и придурок этот Атли. Это ж надо такое ляпнуть. Я – бракованная… Побочный продукт… А химера или нет – этого он точно знать не может. Только в самых древних фолиантах Асиль описывают как женщину с головой кошки, оленьими рогами и со змеей вместо хвоста. И эта змея всех ее возлюбленных еще вечно кусает. А то, что возлюбленных у матушки много, так это вообще не его драконье дело. В конце концов, она вечность живет, может себе позволить. В относительно свежих фолиантах и вовсе черным по белому написано, что нормальная она. Самая обыкновенная, если не считать, что божественно красивая.
Побочный продукт… Это он ошибка небес. Не я.
Вардар всего на миг убрал руку с моей спины, чтобы перехватить поводья, а меня сразу пробрала дрожь. Время давно перевалило за обед, да и от юга мы прилично отдалились. Там было тепло, красиво в том дворце. Я о подобном всю жизнь мечтала. И о столике с зеркалом. Эх…
Вард свистнул и крепче меня прижал к своей груди. Я даже носом в его шею уткнулась. А когда еще и глаза закрыла, почувствовала что-то такое неуловимое, неопределенное, но очень приятное. Вот оно! Дом. Мой дикарь пах уютом, очагом и мягкой постелью с помятыми простынями…
Лишь ощутив толчок, поняла, что мы приземлились. А когда осмотрелась, увидела симпатичную цветочную поляну и узкую речушку с небольшим водопадом неподалеку.
– Это же синие алиры, – произнесла, как только Вардар помог мне спуститься. – Красивые цветы, но проклятые. Того, кто выпьет отвар из них, ждет тотальное невезение до конца его дней. Меня назвали в их честь.
Вардар смотрел на меня странно: с недовольством и упреком. Дрон тоже. Вообще охамела тварь.
– Ну что? – спросила я у них и развела руками.
– Он не касался тебя? – спросил Вардар грозно. Но прозвучало больше как утверждение. То есть в принципе мне и отвечать не обязательно.
Пожала плечами и сняла сапожки. Хотелось походить босиком.
– Алира!
Вардар сделал шаг, но я вовремя его остановила.
– Осторожно! – крикнула и выставила вперед руку. – Там муравейник! Я слышу их вопли.
Сцепив челюсти и переступив небольшую горку, Вард сделал шаг, но мне опять пришлось его предостеречь:
– А там жуки! Они это… занимаются… дело у них, в общем, не мешай!
– Ты издеваешься? – Опять мой ответ вовсе не требовался. – Что же мне теперь шагу нельзя ступить, чтобы к тебе подойти?
– Спасибо матушке, этот дар работает только один день в неделю, – устало пояснила я и, сцепив руки в замок, опустила голову. Не дар, а насмешка богини.
– Ты не ответила, – на удивление мягко произнес Вардар и все же подошел так близко, что меня окутало теплом, будто кто-то накинул мне на плечи покрывало. А затем он еще и ладонь положил на мою щеку, заставляя на него посмотреть. – Он обидел тебя?
Краем глаза заметила, что Дрон крался к воде. Но Вард, казалось, ничего не замечал. Только на меня смотрел.
– Он хотел. Но не вышло.
Глаза мужа сощурились, крылья носа раздулись, а по скулам заходили желваки. Но прикосновения все еще оставались нежными. Так намного лучше, чем у Атли: улыбка до ушей и руки, оставляющие синяки.
– Что он сделал? – настойчиво спросил муж. Мне только было непонятно, чего он этим добивался. Разве не лучше забыть обо всем и довериться Миранде?
– Ничего такого, – прошептала я нехотя, а потом вспомнила, что гадкий лорд таки меня поцеловал. Против моей воли, конечно, но факт. Мне даже думать об этом было мерзко, не то что говорить родному мужу.
Я отвернулась и уставилась на реку. Дрон уже был на том берегу, прыгал в траве вместо того, чтобы рыбачить.
– А давай искупаемся? – предложила я в надежде, что хоть так смою с себя противные ощущения.
– Скоро стемнеет, – не согласился муж. – Дрон поймает рыбу, и летим домой. Но я хочу знать, Алира. Все.
Вард притиснулся к моей спине и наклонился к уху. Вот теперь я окончательно согрелась.
– Он касался тебя здесь? – хрипло прошептал муж, и его рука поползла по моему животу. Вместе с этим нахлынул жар и то особое чувство, которое возникало, лишь когда Вардар был так близко. Сглотнув ком в горле, я закрыла глаза и покачала головой. – А здесь?
