К какому именно сундуку они подходили, уточнять не стоило: его Верн водрузил на постамент прямо в центре зала. Восемь замочных скважин не оставляли ведьмам вариантов, найденные ключи следовало повернуть одновременно.
Так, а где Топазик? Почему она не вышла в золотой зал?
Верн нахмурился и мановением руки сменил картинку. При виде топазовой ведьмы он рассмеялся. Забыв и о ключах, и о загадке, которая недвусмысленно светилась прямо рядом с искомой дверью, Тиффани носилась по залу и бормотала себе под нос:
– Мать драконов, да это же Ган Вог! А это Завайзовский! А это… ой, это ва Линчи?!
Она рассматривала каждую картину, разворачивала каждое полотно и была в своем восторге просто очаровательна. Верну тут же захотелось привести ее сюда во внеконкурсное время и дать вволю порезвиться.
Дракон удивился своим мыслям. Неужели ему понравилась Топазик? Когда она сшибла его на лестнице или запугала своим страусом, он думал о ней совершенно иначе!
Разозлившись на себя, Верн вновь склонился к зеркалу и гаркнул:
– А ну, кыш задачу решать!
Топазик взвизгнула, в один прыжок подскочила к двери и шустро, напомнив Верну наперсточника на рынке, сопоставила перепутанные таблички с именами художников с полотнами, принадлежащими их кисти.
Вот теперь все ведьмы добрались до золотого зала и началось…
Что тут началось!
Испуганные новостью о десяти минутах, конкурсантки потеряли всякий трепет перед древними сокровищами. Они бросились врассыпную, проверяя коробки, сундуки, шкатулки, полки и ящики. Искали свои ключи, переворачивали сокровищницу вверх дном! Анна, неуклюже пошатнувшись и все же не устояв, упала, снеся несколько башенок с монетами, и под ними же обнаружила ключ.
Посмеиваясь, Верн наблюдал, как ведьмы громят сокровищницу и тщательно выстроенные рядочки ценностей превращаются в кучу всякого хлама, перепутанного, перемешанного и разбросанного.
– Все! – торжествующе вскинула кулак Алексис. – Все восемь ключей есть! Быстро, открываем сундук.
И ровно в ту минуту, когда девушки уже устремились было к заветному сундуку, двери золотого зала с грохотом распахнулись и в сокровищницу ворвался разъяренный голубовато-сиреневый ураган.
– Вы что… что… – Доменико, открыв рот, растерянно взирал на развернувшуюся картину. – Я ведь… наводил порядок здесь годами! Монетка к монетке! Камушек к камушку! Все было идеально, вы что натворили?!
Повисла звенящая тишина.
– И-и-испытание, – начала шмыгать носом Валина.
– Какое испытание?! Как вы вообще сюда попали?
Ведьмы начали переглядываться, а Верн скрестил пальцы. Только бы Доменико его не сдал!
– Так уборщик нас сюда отправил, – сказала Топазик.
– Какой еще уборщик?
– Нагос. Пришел утром, сказал, что у вас выходной, и привел нас сюда. Вот, мы должны были найти ключи и открыть сундук.
– И мы нашли! – подтвердила Фелисия.
– И почти открыли сундук! – кивнула Алексис.
– Но вы нам помешали, теперь время вышло, и нас всех выгонят с отбора. Ну, спасибо! – Тиффани надулась.
Остальные ведьмы, чуть подумав, сделали то же самое, даже отвернулись от бедного Доменико. Друг был растерян и обескуражен, при взгляде на бардак в сокровищнице он то бледнел, то шел красными пятнами.
– Девушки, девушки! Никого не выгонят, то есть… кхм… давайте я дам вам еще пять минут – и вы откроете сундук.
Ведьмы угрюмо молчали, а Верн все веселился. Да они из Доменико веревки вьют!
– Ну, девушки… ну хватит, давайте заканчивать свое испытание – и вечером я организую танцы! С мороженым.
Молчание стало немного менее напряженным.
– И шампанским, – последний бастион пал.
– Ну ладно. – Фелисия вздернула носик.
– Так и быть.
– Но только с шампанским! – добавила Алексис.
Доменико махнул рукой. Выглядел он при этом как мокрый побитый енот. Ведьмы копошились у сундука, засовывая ключи в скважины. Верн не без удовольствия любовался стройными ножками и разноцветными точеными фигурками.
Наконец сундук щелкнул, и конкурсанткам открылось его содержимое. Пожалуй, после реакции помощника это был самый долгожданный момент для Верна. Он очень старался.
– Ой, девочки, это нам!
Алексис быстро извлекла восемь шкатулок, каждую из которых венчали камни. Ведьмы без труда разобрались, какая шкатулка для кого, уже выучили свои.
– Ой, у меня колечко, я что, стану женой дракона?! – воскликнула Кристина.
– Дура, у всех по кольцу, – скривилась Силана.
Верн едва не скривился вслед за ней. Его взгляд против воли возвращался к Топазику. То, как она реагировала на подарки, можно было объявить особым видом искусства. Замирала, будто не веря, что драгоценность преподнесли ей, а потом лицо ее светлело. Причем было совершенно неважно, что она получала, вкусное пирожное или брошку. Где-то на свете определенно был подарок, который заставит ее сердечко трепетать. И однажды Верн его найдет.
– Здесь письмо! – сказала Алексис. – Наверное, результаты испытания. Ого… девчонки, оно подписано Виверном.
– Читай! – тут же потребовала Силана.
Она явно едва сдерживалась, чтобы не отнять письмо, так ей не терпелось. Соблазн выгнать ее был огромен, но выбор Верна в итоге остановился на другой.
