— Разрешите предложить вам свою визитную карточку? — спросил он и, слазив в карман, вложил в руку Милы атласный прямоугольник.
Жест был почти интимным. Мила тотчас отставила чашку и засобиралась домой. Дивояров вывел ее на улицу, придерживая за талию, и, опутав длинным восхищенным взором, неохотно отпустил.
— Очень приятно было с вами познакомиться, — сообщил он. — Уверен, мы еще встретимся.
— Звучит довольно зловеще, — пробормотала Мила, ожидая, что Дивояров что-нибудь скажет на это.
Однако он только тяжко вздохнул, словно страдалец, которого рассвет гонит из-под балкона любимой женщины. Оставшись одна. Мила купила в киоске возле метро баночку джина с тоником и, усевшись на скамейку, вылакала ее, раздумывая о том, что делать дальше. Орехов абсолютно и безоговорочно убедил ее в том, что мужик в колготках стрелял не в нее, а в Алика. «Я буду последней сволочью, если не предупрежу старого друга об опасности! — решила Мила и купила себе еще одну баночку легкого спиртного. — Правда, рассказ мой будет звучать дико. Вероятно, надо предупредить его анонимно». Через полчаса сам бог повелел, чтобы Мила прикончила третью баночку джина и в придачу к нему бутылку светлого английского пива. После этого смелость уже просто распирала ее, и она решила выполнить задуманное тут же, не откладывая дела в долгий ящик.
Конечно, если она позвонит в редакцию и просто изменит голос, Любочка Крупенникова ее не опознает. Но сам Алик! Они знакомы тыщу лет, и ее могут выдать интонации. Значит, надо придумать какой-нибудь трюк. Очень кстати Мила вспомнила, как в детстве они с подружками басом разговаривали в стакан. Звук получался захватывающим. Захмелевшая Мила растерянно огляделась по сторонам. Отложить мероприятие до дому? А вдруг Алика укокошат прямо сейчас?
Чувство справедливости погнало Милу к небольшому застекленному магазинчику, выстроенному прямо возле выхода из метро.
— Простите, у вас есть граненый стакан? — важно спросила она у толстой нарумяненной продавщицы с обесцвеченными усами.
— Шутите, что ли? — ухмыльнулась та.
— Ну хорошо, а банка? — не отставала Мила. —Стеклянная?
— Вот, пожалуйста, банок миллион! — продавщица махнула рукой в направлении полок.
Здесь действительно стояли банки, в которых находились продукты — огурчики, баклажанная икра, кукуруза.
— Какую вам?
— С широким горлышком, — сообщила Мила, намертво вцепившись пальцами в край прилавка. — Чтобы я могла пролезть туда ртом.
— Зачем ртом? — опешила продавщица. — Возьмите вон пластмассовую ложку. Пять штук в упаковке, недорого. Так чего вы будете?
— Майонез, — сообщила Мила, приценившись к самой пузатой банке на полке. — Вон тот, с желтой крышечкой.
Продавщица молча пробила чек и падала Миле банку и пластмассовые ложки.. Мила схватила свои покупки и отправилась на улицу, к таксофонам. Выбрав самый крайний, она поставила на подвесную полочку майонез и принялась зубами вскрывать упаковку с ложками. Мысль вытряхнуть майонез в урну просто не пришла ей в голову. Спиртное в крови да еще оказавшиеся в наличии ложки ее дезориентировали.
Открутив у банки крышку, Мила отправила в рот первую порцию. Майонез был вкусным, но жирным. И если первая половина банки проскочила почти незаметно, то вторую желудок уже просто отторгал.
Мила сунула нос в полупустую банку и басом сказала:
— Эй, ты! Тебя хотят убить! Берегись!
Судя по всему, майонез все-таки мешал появиться эху, и нужного эффекта не получилось. Мила с отвращением принялась доедать остатки продукта, время от времени пробуя звук. Она отправляла ложку майонеза в рот, проглатывала ее, потом подносила банку к губам и страшным голосом говорила: «Ха-а!» Наконец банка опустела окончательно.
Сыто рыгнув, Мила подняла глаза и увидела, что возле таксофона толпятся люди, которые смотрят на нее с брезгливым интересом.
— Чего тебе? — нелюбезно спросила Мила, обращаясь к толстячку в шапке-пирожке, который стоял ближе всех.
— Мне позвонить, трусливо пояснил тот.
— Вот же хамы! — возмутилась Мила. — Обязательно надо звонить там, где я стою! Таксофонов — целый лес!
— Но работает только этот, — пятясь, пояснил мужчина.
— Сначала я, — жестом остановила его Мила.
Она достала из кошелька телефонную карту и долго пыталась скормить ее автомату. Наконец попала прямо в прорезь и с четвертой попытки набрала номер редакции.
— Вас слушают! «Возраст женщины»! — донесся до нее полный искусственной доброты голос Любочки.
— На! — сказала Мила, внезапно протягивая трубку мужчине в «пирожке». — Позови к телефону Альберта Николаевича. Быстрее закончим.
Тот послушно взял трубку и исполнил просьбу.
— Мне бы Альберта Николаевича, — взволнованно пискнул он.
— Умница, — похвалила его Мила, вырывая трубку обратно.
— Алло! — услышала она голос Алика Цимжанова.
Мила схватила банку и, поднеся ее к правой половине рта, страшным голосом сказала:
— Это предупреждение! Тебя хотят убить!
— Кто это? — рассердился далекий Алик.
— Доброжелатель.
— Что вам надо?!
