– Боюсь, после всего, что произошло, это уже не имеет значения. – Финнавар встал с постели и заставил Мадлин подняться тоже, дёрнув за руку. – Стража!
Почти в тот же миг в покои ввалились трое мужчин в одинаковой одежде и в ожидании уставились на герцога.
– Разместите её по соседству с её подручными. Глаз не спускайте. Заметите что-то подозрительное, сразу говорите мне.
Стражники одновременно кивнули. Один из них, не скрывая довольной ухмылки, принял ведьму у герцога «из рук в руки». Та фыркнула, запахивая ворот сорочки, и без особого сопротивления вышла из комнаты под присмотром.
– Вы уверены, что она не сможет снять ошейник? – Я облегчённо выдохнула, когда Мадлин пропала с глаз.
Дунфорт повернулся ко мне, озабоченно хмурясь.
– Сейчас она заложница собственного колдовства. Для того чтобы его снять, нужны силы, а силы сдерживаются зачарованными камнями.
Финнавар огляделся в поисках чего-то и наклонился за валяющейся на полу рубашкой. Тут только я заметила, что он обнажён по пояс, и спешно отвела взгляд. Боги, узнай Анвира, что я нахожусь наедине с почти голым герцогом, точно свернул бы ему шею. Или мне.
Мысль о возможной ревности короля показалась злорадно приятной. Я всё сейчас готова была отдать, чтобы увидеть его. Пусть разозлённого, со знакомыми яростными огоньками в глазах, которые меняли оттенок в зависимости от того, гневался он или сгорал от желания. Чем дольше я не видела Анвиру, тем хуже мне становилось. Хуже и тяжелее на душе, будто я упускала какую-то важную возможность. Теряла единственный шанс…
Финнавар наконец оделся, и я снова посмотрела на него, собираясь спросить о дальнейших планах. Мы оба знали, что нам нужно делать, и тут же поняли это, обменявшись взглядами.
– Завтра поутру мы выезжаем в резиденцию. Думаю, Мадлин можно оставить на попечение моей стражи. Чары она наложить не сможет, а выпускать её я строго-настрого запрещу, даже если помирать начнёт, – герцог пригладил волосы, задумчиво меня оглядывая. – Вам нужно увидеться с Анвирой. И нужно поговорить… о вас. И о Бьои.
Я обречённо кивнула, внутренне сжимаясь от страха.
– Если он не захочет меня видеть? – пискнула так беспомощно, что аж самой стало противно.
– Если я хорошо знаю Анвиру – а это очевидно, – он уже соскучился по вас настолько, что обязательно захочет увидеть. Но не ожидайте тёплого приёма. Сначала он изрядно измотает вас.
Тут же вспомнился тот разговор с Анвирой, что случился в свете скабрезных слухов обо мне и Финнаваре. Да, пожалуй, сейчас моё положение было гораздо тяжелее. Но моё желание поговорить с королём и просто постоять рядом с ним было настолько велико, что становилось совершенно всё равно, что меня ждёт. Это, так или иначе, лучше неизвестности.
Поправляя одежду, герцог вышел из комнаты, а я поспешила за ним. Нетерпение могло заставить меня хоть сейчас сесть в карету и отправиться в резиденцию. Ехать без остановок на отдых, не есть и не спать, лишь бы добраться поскорее. Но Финнавар остудил мои пылкие намерения, даже не зная о них.
– Прежде нам надо решить ещё одно дело, миледи, – произнёс он загадочно.
После чего провёл через длинную галерею с высокими толстыми колоннами и длинным балконом снаружи на всем её протяжении. Мы оказались, видимо, в другом крыле замка, где тоже располагались комнаты.
Возле входа в одну из них стояли стражники.
Герцог распахнул дверь.
– Мадлин привезла её с собой. Сказала, что перед последним ритуалом должна набраться сил.
Я, хмурясь от непонимания, вошла вслед за ним и застыла на месте, увидев Орли О’Кифф. Она сидела, прямая как палка, на банкетке возле кровати и невидяще смотрела перед собой. Даже на наше появление не повернула головы.
– Что с ней?
Герцог развёл руками.
– Она была такой, как сюда приехала. Думаю, это чары Мадлин. Полное безволие. Видели бы вы, какой мрак сейчас окутывает её разум.
Я пригляделась другим взором и увидела. Совсем так же, как видела заклятие, что ведьма наложила на герцога не так давно. Ну а как иначе баронесса согласилась бы добровольно поехать куда-то с ведьмой? Пусть и была с ней в сговоре.
– Вы освободите её? – Я медленно приблизилась к Орли.
– Не слишком приятное занятие, но приводить её в чувство надо. Девица и так ввязалась в нехорошее дело.
Финнавар подошёл к баронессе и присел перед ней на корточки. Девушка опустила на него заторможенный взгляд и вдруг улыбнулась, однако ничего не сказала. Дунфорт взял её за руку, продолжая пристально смотреть в глаза, погладил пальцами ладонь, шевеля губами. Баронесса продолжила тихо сидеть, безучастно наблюдая за тем, что он делает.
А я чувствовала будто бы своей кожей каждый виток заклинания. Запах укрытого росой леса поплыл в стороны, заставляя на миг позабыть, где находишься. И каждый раз в голове не укладывалась вся мощь, которой обладал герцог. Потому-то и становилось не по себе от мысли, что Мадлин смогла совладать даже с ним. Но может, он просто не слишком сопротивлялся?
