Получив приглашение на свадьбу, Гэбриел Дорнан никак не мог предположить, чем для него обернется несостоявшееся бракосочетание старого приятеля и самой красивой девушки южного побережья. По неизвестной причине невеста сбежала из-под венца, и с этого момента мир Гэбриела перевернулся, а вместе с ним и другие миры, которых вовсе не должно было существовать.
Церковь была украшена гирляндами из цветов, преимущественно белых с редкими вкраплениями желтого и розового, что в сочетании с лучами света, падавшими сквозь витражи высоких готических окон, превращало заполненное гостями пространство в настоящую волшебную сказку. Как ни хотелось Гэбриелу Дорнану обвинить декораторов в излишней слащавости, придраться к оформлению было невозможно, потому что оно получилось идеальным. Именно в такой обстановке и нужно клясться друг другу в вечной любви.
Гэйб покосился на свою соседку слева, которая поминутно оборачивалась в попытке разглядеть, что происходит в дальнем конце центрального прохода, и осторожно помассировал висок. Он всю ночь работал над срочным заказом и успел поспать от силы часа полтора. Гэйб не одобрял брак Оливера Бронсона с Мирандой Бейкер, но это никак не освобождало его от необходимости присутствовать на свадьбе «лучшего друга».
Не имело никакого значения, что у них с Оливером не было абсолютно ничего общего. Они просто когда-то учились вместе и принадлежали к одной светской тусовке. Гэйб вливался в ее ряды лишь время от времени, а Олли кочевал с раута на раут, как артист по концертным площадкам, и с гордостью носил звание завсегдатая высоких собраний. Они с Мирандой были самой эффектной парой среди местного бомонда, их фото красовались во всех глянцевых изданиях, не говоря уже об интернет-сообществах.
К внешнему антуражу связки Бронсон-Бейкер не было никаких претензий, однако Оливер, по мнению Гэйба, совершал сейчас большую ошибку. Миранда прекрасно смотрелась как в вечерних нарядах, так и в купальниках, на нее заглядывались мужчины, ей завидовали женщины… На самом же деле невеста Олли не могла самостоятельно связать и двух слов. Ее лексикон состоял из нескольких заезженных фраз, которые она вызубрила наизусть, чтобы произносить их на людях.
Гэбриел искренне не понимал, зачем не слишком эрудированному, но в общем-то неглупому парню жениться на красивой дуре. Для него самого Миранда Бейкер практически не отличалась от манекена со встроенной речевой функцией, который встречает покупателей у входа в магазин. Умопомрачительные формы, обворожительная улыбка, копна белокурых волос и абсолютно пустая пластиковая голова. Олли как-то похвастался, что у Миранды совершенно отсутствуют комплексы, поэтому в постели она просто бесподобна. Но разве этого достаточно для того, чтобы связать себя обязательствами на всю жизнь? А если у них родятся дети? Глупость наверняка передается по наследству…
Церемония давно должна была начаться, но Миранда и тут отличилась, умудрившись в самый ответственный момент хлопнуться в обморок. Либо предсвадебное волнение оказалось для нее избыточным, либо платье слишком тесным. Творение известного кутюрье состояло из множества пышных полупрозрачных оборок, прикрепленных к лифу, так плотно облегающему талию и безупречный бюст Миранды, что дышать в нем действительно было проблематично. Против ожидания, в день свадьбы она не надела никаких украшений, ограничившись легким макияжем, который подчеркивал ее естественную природную красоту, и обручальным кольцом с огромным бриллиантом.
Пока родственники приводили невесту в чувство, священник и гости терпеливо ждали, однако время шло, а церемония все не начиналась. Гэбриел посмотрел на часы. Почти сорок минут задержки, изначальный пафос мероприятия увядал прямо на глазах. Неужели Аманда, которая всегда отличалась отменным здоровьем, не смогла оклематься после обычного обморока? А может она просто передумала выходить замуж? Даже у бестолковых порой случаются просветления в мозгу… Гэйб поднялся и поискал глазами Оливера, чтобы предложить свою помощь, но ни в центральном проходе, ни у высоких двустворчатых входных дверей никого не оказалось.
Подождав на всякий случай еще полчаса, Гэбриел обратился с вопросом к одному из распорядителей, однако тот, как и все остальные, находился в полном неведении о причине задержки. Потеряв терпение, часть гостей покинула церковь, и Гэйб решил, что с него тоже довольно. Если у брачующихся возникли какие-то проблемы, его отсутствия точно никто не заметит. Мечтая о том, как вернется в свою квартиру и завалится в постель, Гэбриел направился к парковке, расположенной на другой стороне улицы.
Гэйб совершенно точно помнил, что закрывал машину, но электронный ключ почему-то не сработал. Чувствуя, как внутри нарастает неприятное напряжение, он открыл дверцу. Первое, что бросилось ему в глаза, это ворох пышных белых оборок подвенечного платья, из которых виднелись только обнаженные плечи и голова Миранды Бейкер с криво сидящей на макушке фатой.
