Тетя Деля делала такой вид, будто унюхала под носом что-то противное. Смерила меня строгим взглядом.
— Надо. Я из-за вас поставила раком всю мэрию. Имейте совесть! Я просто мечтала отжать у Давида Петровича его потрясающее кожаное кресло. Подарок от друга, понимаете ли. Взяточник несчастный! Этот гад должен мне деньги и не отдает! Влад, разогревай свою машину и поехали. И не забудьте взять с собой паспорта.
Пришлось собираться и ехать. Это было очень странное путешествие. С паспортом в мэрию за креслом, которое надо выбить силой у жадного взяточника.
Я чувствовала себя так, будто попала в гангстерский боевик. Вот мы доезжаем до мэрии, которая расположила на живописнейшем месте на набережной. На парковке нас уже ждут грузчики в небольшом фургоне. Вид у них лохматый и свирепый.
Тетя Деля перекидывается с ними парой словечек и мы толпой пересекаем небольшую аккуратную площадь. Юбка нашей атаманши колышется от решительной походки. По лицу Влада проскальзывает ироничная усмешка, когда он смотрит на меня. Не знаю, что его забавляет, но лично мне немного дурно.
— Тетя Деля, — зову ее я. — Может, Влада у входа оставим? Он же юрист… вытащит нас потом из неприятностей.
Она обернулась и подняла грозные брови, чтобы бросить на меня снисходительный взгляд.
— Он на данный момент мой племянник и наш личный водитель, а не юрист. Глупости. В неприятности сейчас попадет только один человек. Я ограблю Давида Петровича точно так же, как он ограбил меня!
И она зашагала еще решительнее.
— Влад, — тихо шепнула я. — Я ее боюсь.
— Я смогу тебя защитить. Я же юрист, — он периодически прикрывал улыбающийся рот, притворяясь, что почесывает бороду.
— Ты балабол!
У входа тетя Деля обернулась и спросила:
— Паспорта точно у всех есть?
Мы хором кивнули.
На пропускном пункте два охранника озадаченно рассматривали ораву, которую привела с собой тетя Деля.
— Запишитесь в журнал посещений, — скомандовала она.
Мы повиновались, выстроившись в очередь у маленького пропускного окошка. Когда с формальностями было покончено, наша гангстерская команда двинулась дальше, на второй этаж. Там, у одной из дверей тетя Деля остановилась. Мое воображение нарисовало такую картину: она ногой пробивает дверь и та мелкими щепками разлетается в стороны.
Но нет. Тетя Деля дробно постучалась и просто ворвалась в тесный кабинет.
— Доброе утро, Давид Петрович! — сказала она лысому толстяку.
У него затряслись щеки. Взгляд перебегал от Влада к тете Деле, от него ко мне, а потом к парням, которые безропотно унесут его сокровище.
Утро у Давида Петровича было недобрым.
— Деля! Я думал, ты шутишь.
Красные губы женщины неприязненно изогнулись.
— Я никогда не шучу. Как ты мог подумать обо мне такое? У меня нет чувства юмора, — сказала она с таким достоинством, словно отсутствие чувства юмора — это великое достижение. — Ребята! Выкатывайте кресло.
— Деля, на чем я буду сидеть весь рабочий день?
— На унитазе. Чего встали? — обернулась она к грузчикам. — Подняли, взяли, побежали.
Один из парней выкатил кресло, и мы двинулись в обратном направлении, пронизываемые печальным взглядом Давида Петровича. Мне было его жалко.
— Ну что, любимая, — Влад приобнял меня за плечи, — поехали выбирать тебе стол? Тетя Деля вечером проверит, как я тебя обустроил.
Помимо угрызений совести, в этой день я обзавелась рабочим местом и страшными опасениями. Обманывать кавказскую родню Влада чревато последствиями. Если они так ухаживают за человеком, которого приняли в семью, то что они сделают с тем, кто потеряет их доверие? Я впадала в панику от одной только мысли об этом. Куда я ввязалась? Вопрошала я сама себя.
Скорее бы все это закончилось!
В спальне стало совсем тесно после того, как угол у окна занял небольшой письменный стол с узкими полочками для книги, которые словно выросли из него вверх. Надя сидела на прекрасном новеньком кожаном кресле и остервенело кликала мышкой, что-то недовольно бормоча под нос.
Смешная девчонка. После возвращения из города, она с таким несчастным выражением лица, словно убила человека, показала ему коробку с приданым для ребенка.
— Это Алана с твоей мамой подарили. Что нам теперь делать?
Влада кольнула совесть. Небольшой розыгрыш стал наполняться драматизмом. Хотя… В худшем случае родители просто перестанут на какое-то время разговаривать с ним. Расстроятся, но так и задумывал Влад. Нельзя так настойчиво лезть к человеку. Жениться — это не носки купить. Не так легко.
— Как что? Поработать над этим. Как насчет сегодня ночью?
Надя переняла у тети Дели ужасную привычку поджимать губы.
— Ты дурак? Я же не шучу. Твоя мама расстроится.
— А я что говорю? Короче. Встречаемся после ужина на этом же месте, — Влад с наслаждением наблюдал, как по щекам Нади растекается злой румянец.
Она бросила коробку на кровать и собралась его отлупить. Влад перехватил ее за запястья и притянул к себе.
— Не дерись, — шепнул ей и слегка прикусил мочку уха.
— Ай! Не кусайся, — она стала трепыхаться в его объятиях, пытаясь вырваться, но Влад без особых усилий удерживал ее. — Ты чего от меня хочешь? Пусти.
