Старушка недовольно поджала красные губы и устремила на меня растерянный взгляд.
— Я предлагаю, удалить переписку и заблокировать номер Сергея, — сказала я. — Ведь это даже не уголовное дело. Никто не пострадал. И в этих сообщениях он пишет «Анжелика», — повторила я, — и когда его вызовут, будет говорить о том, что ошибся. И ему поверят, — я пожала плечами и осуждающе покачала головой. — А ваша история очень быстро станет анекдотом. Зачем вам такая слава? Лучше сейчас замять.
Влад, сохраняя серьезную мину, покивал:
— Да, Анжела Юрьевна, я полностью согласен с Надей. А с Серым поговорю по-мужски. Он к вам близко не подойдет. А если и подойдет, то только, чтобы на коленях выпросить прощения.
Вот зря он про колени сказал. Моя память услужливо подсунула мне горячие строчки, в которых эта часть тела тоже была расписана и активно задействована. Как мне теперь это развидеть? И как не заржать, когда в следующий раз увижу этого Сергея? Боже! Сотрите мне память. Прокололся Сергей, а стыдно мне.
Пока Анжела Юрьевна решала, что ей делать, я встала и заварила на всех чай. Поставила на стол небольшой десерт.
— Выпейте, вам станет легче принять нужное решение, а мы вас в любом случае поддержим и поможем все сделать как надо, — сказала я.
Все-таки старики вызываются во мне такой же трепет, что и дети. Растерянно смотрят, беспомощно себя чувствуют, оставаясь нос к носу с проблемами из этого большого мира.
Она явно была красивой женщиной в молодости. Интеллигентной и утонченной. Я рассматривала ее, а Влад меня. Я вопросительно дернула бровями. Он отрицательно покачал головой.
— Надя, вы, наверное, правы, — сказала Анжела Юрьевна и сделала мелкий глоток из чашки.
— Удалить? — переспросила я.
— Да.
Я так и сделала. Вернула телефон Анжеле Юрьевне. Влад благодарно кивнул.
— Я с ним поговорю, как и обещал. Не волнуйтесь.
Вскоре мы проводили ее до ворот и постояли, глядя ей вслед.
— Ну, Серый, — выдохнул Влад и начал безудержно смеяться, я тоже не удержалась. — Талант! Пойдем, Надя, я сделаю тебе хорошо!
— Чего? — опешила я. — Влад, если ты станешь цитировать мне сообщения этого развратника, то я тебя прибью!
— Бедная Анжела Юрьевна. Пережила культурный и эстетический шок, — хохотал он, заходя в дом. — Такое нельзя читать неподготовленному человеку.
— Это точно, — согласилась я. — У меня тоже шок.
— Пойду и с нашим горе-любовником поговорю. Надо как-то загладить ситуацию перед ней. И да. Спасибо, Надя.
— За что?
— За то, что разрулила это. Я бы не смог. Слишком пикантная история, а учительница у нас из старой гвардии. Меня бы не послушала. Я мужик и друг Серого. Не скучай, моя…
Я по его взгляду поняла, что будет новая цитата.
— Попробуй только назвать меня так.
— Не буду. Ты не такая. Ты особенная.
Он подмигнул мне и вышел. Я осталась одна до самого вечера. Сначала вернулась домой вся семья. А потом и Влад вместе с Сергеем. Второй нес в руках букет роз, который торжественно вручил мне.
Родители Влада переглянулись, не поняв, с чего это меня друзья их сына одаривают цветами.
При первом же удобном случае он начал расточать такие пламенные комплименты, что у меня пылали и уши, и женское самолюбие. Просто на грани приличия, но, может быть, я сквозь призму переписки, стоящей перед глазами, все его слова теперь воспринимаю как похабщину. В любом случае хорошо, что кроме Влада их никто не слышал.
Я спрятала лицо за букетом, притворившись, что хочу вдохнуть аромат, которого, кстати, не было. Жаль.
— Спасибо за цветы, Сергей, — улыбнулась я, чувствуя себя при нем очень неловко, словно он стоит сейчас передо мной совершенно голый.
— Я твой должник теперь. Должен тебе не только цветы, но и ужин.
Сергей наклонился и поцеловал меня в щеку. Я метнула вопросительный взгляд на Владислава. Не понимаю, как вести себя в этой ситуации. Он лишь нахмурился и поджал губы. Ну, ладно.
— Это лишнее. Не переживай, ты мне ничего не должен. Пойду… цветы поставлю в воду. Завянут.
Я сбежала в свою комнату от них. Сердце заполошно стучало в груди, а я понять не могла, что меня больше встревожило. Сергей, который явно решил за мной приударить. Влад, который смотрит на меня как на врага народа, или тотальное одиночество. Я одна в чужом городе, чужой семье и совершенно без мозгов. Были бы у меня с самого начала мозги, я не попала бы в такую ужасную ситуацию.
Решила немного поработать на компьютере. Самое верное средство от хандры и стресса, ведь я могу изменить ситуацию только одним способом — сбежать отсюда. Не буду поддаваться охватившему меня состоянию легкой паники.
Через некоторое время дверь за моей спиной хлопнула. Так бесцеремонно в комнату заходил только Влад. Я обернулась, крутанувшись в кресле.
Он молча испепелял взглядом букет, который я поставила на прикроватной тумбочке.
— Надя, — перевел он грозный взгляд на меня.
— Чего?
— Выбрось это, — сказал и сунул руки в карманы штанов. Вид у него был довольно свирепый.
— Почему? — удивилась я.
— У меня аллергия на цветы.
Мы сцепились взглядами.
— Неправда.
Он помолчал. Только желваки перекатились пару раз под кожей небритых щек.
— Я их сам выброшу.
