Или ему просто везло на пустоголовых баб? Да что о них вспоминать, когда тут такая необычная ведьма его стену оседлала! И как же сексуально она это сделала, перекинув стройную ножку и чуть выгнув спинку! Загляденье просто! Ещё и грудь с цепочкой рукой прикрыла, привлекая к ней внимание волка. Не к цепочке, а к груди! Пашка, помнится, пугал, что под чарами может прятаться не красотка, а крокодилица. Ошибся братец… Слава богам!
— Как насчёт того, чтобы всё-таки продолжить наше знакомство за чашечкой чая или чего-нибудь покрепче? — намекая на недавний разговор с Эль, предложил бьёрн. Тогда он её поймал, но она сбежала. Сейчас же, помня о прошлой неудаче, зверолюд решил сменить тактику и действовать мягко: уговаривая, заманивая, но не принуждая.
— Поздно уже… для разговоров. — Девушка демонстративно зевнула. Потом снова взглянула на свою грудь, обтянутую спортивной курточкой.
Акиллар тоже на неё посмотрел, лишний раз отмечая приятные округлости девичьей фигурки, которые до зуда в пальцах захотелось проверить на ощупь. Почти как вечером… впрочем, нет, вечером он ТАК не наглел.
— А для чего не поздно? — уточнил волк с намёком.
— Для прогулки, — подмигнула ему паршивка, явно намереваясь снова сбежать. И сбежала бы, не случись странное. Кулон, который она прятала от него, засветился сиреневым. Яркая вспышка, тревожная, рваная. Будто неисправная лампочка заискрила! — Твою ж гарпию! — выдохнула ведьма, уставившись на амулет, виновный в светопредставлении. Растерявшись, она выпустила из поля зрения Акиллара, который со скоростью хищного зверя приблизился к ней. Вместо того чтобы попытаться лягнуть его ногой, как в прошлый раз, девчонка растерянно моргнула и жалобно спросила: — Я таю? Да?
— Что? — озадачился охотник, готовый сцапать вожделенную добычу. Так сильно озадачился, что даже не сцапал. — Адово пламя! И правда ведь таешь!
Сейчас девушка куда больше походила на привидение, нежели на фею, и вожаку белой стаи это очень не понравилось. На тот свет девицы от него ещё не сбегали, а посему…
— А ну стоять! — рявкнул он, хватая её за ногу.
Новая вспышка кулона (сиреневого, а не белого — их на шее ведьмы оказалось два) была настолько яркой, что ослепила обоих. А в следующую секунду Акиллар понял, что находится вовсе не в родном саду, а в чужом каменном зале в центре светящейся пентаграммы, но при этом всё так же крепко сжимает щиколотку девчонки, которая, к счастью, больше не похожа на призрака. Причём оба они сидят на холодном полу в окружении каких-то ритуальных светяшек.
— От меня не сбежишь, деточка! — в незнакомом мужском голосе было столько пафосного торжества, что волк невольно поморщился, а несостоявшаяся беглянка обречённо вздохнула и беззвучно шепнула: «Прости». Не одетому в балахон клоуну, а ему, Акиллару. — Можешь менять свою внешность, сколько угодно… я всё равно узнаю тебя и верну! Я всегда получаю то, что хочу, Ри! А тебя я хочу, не сомневайся.
Бьёрна перекосило от таких откровений колдуна, невероятным образом сумевшего их куда-то перенести. Как, если магия на белого вожака не действует? Или тут какие-то особые чары? Неужели этот хмырь бог? Точнее, зарвавшийся божок, которому срочно требуется подправить холёную мордашку!
— Ты кто? — спросил Акиллар, разминая пальцы, чтобы знать, кого будет бить. Так… чисто для информации.
— А? — Откинув с головы капюшон, попутавший берега божок в недоумении уставился на бьёрна, будто только что его увидел. Однако! Избирательное у мерзавца зрение, раз он два с гаком метра готовых к бою мышц не заметил. — Ты ещё кто? — в свою очередь спросил остроухий придурок, сдув с холеной физиономии светлую прядь. И говорил вроде бы на незнакомом языке, но Акиллар отчего-то прекрасно понимал его речь. Хм… точно особая магия! — Защитничка притащила, маленькая изворотливая дрянь⁈ Получай! — не менее пафосно, чем делал всё до этого, божок выпустил в волка целую обойму сверкающих молний.
Вот же кретин!
Рисаш недоумевала. Акиллар не погиб от убийственных заклинаний. Более того, он поднялся на ноги, наплевав на пленившую их пентаграмму, передёрнул плечами, исподлобья глядя на опешившего чёрного мага, и, перешагнув сияющий контур, зарядил Киштану Ризу кулаком промеж глаз. Да так, что тот отлетел на пару шагов и, взвыв, схватился за сломанный нос.
Ри в панике взглянула на любимый амулет, надеясь, что у него хватит сил вытащить их с волком из переделки, но проклятый маг выкачал из него всю силу своим тёмным ритуалом, и аметист теперь не реагировал на призывы хозяйки так же, как Смаури на попытки Элли его разбудить.
— Изыди, демон! — воскликнул эльф, не знавший поражений. И град огненных шаров обрушился на голову разъярённого бьёрна, на глазах сменившего облик на огромного зверолюда.
А Ри продолжала сидеть в магической ловушке, не в силах ему чем-нибудь помочь. Зачем волк схватил её? Нет, не так… зачем она позволила ему себя схватить? Понимала ведь, что добром это всё не кончится. Ладно для неё, но Акиллар-то в чём виноват? Какая-то слишком уж крутая получилась месть за его хамство.
