Монстрики вымотались не меньше, и страху натерпелись такого, что теперь просто свернулись клубочком и тихо урчали, излучая, для разнообразия, не ужас, а умиротворение. Добиться такого эффекта было непросто, потому что тот, кто принёс бедняжек в дом, внушил им, что все вокруг враги и единственное, чего хотят — это поймать их и съесть.
Не удивительно, что малыши прятались от магов и зверолюдов, используя природный камуфляж, позволявший полностью сливаться с окружением. А потом, заедая стресс, тянули энергию из растений, не контролируя свои запросы.
На самом деле этим зверькам требовалось совсем немного «еды», и на родине они прекрасно жили в садах и лесах, не нанося вреда местной флоре. Здесь же всё шло наперекосяк, и напуганные животные, вынужденные защищаться от враждебного мира, не только чуть не погубили сад, но ещё и сделали особняк непригодным для жизни.
— Куда девать их думаете, госпожа ведьма? — спросил бьёрн, повернув голову, чтобы взглянуть на меня через плечо. — Добавите в свой зверинец очередную пару колоритных экземпляров? — поддел он.
И дался ему мой зверинец!
Оборачиваться я не стала всё по той же причине — не хотелось видеть насмешку в его прищуренных глазах. Да и его видеть тоже не хотелось. Не потому, что он мне не нравился — наоборот! Просто, пытаясь попасть по улепётывающим по стене монстрам сразу из двух баллончиков, я случайно попала по вожаку чёрной стаи, добавив его мрачной гамме весёленьких цветов.
И ладно бы только одежду испортила, так нет же! Я ещё и шевелюру его пометила! А смоется краска с прядей или длинноволосый ящер скоро станет короткостриженным — неизвестно. Главное, чтобы его налысо не побрили. А то меня не уволят, а посадят… за покушение на главу целой стаи.
Сначала артефакт его усыпила, потом волосы разукрасила… Соблазнение, которого он так опасался, просто детский лепет какой-то по сравнению с развёрнутой мною разрушительной деятельностью! А ведь всё исключительно из благих побуждений было… почти как у Сашки.
— А что мне остаётся? Возьму малышей к себе. Вы же не хотите похлопотать за них перед хозяевами ботанического сада…
— А! То есть вам мало меня до белого каленья довести, вы решили ещё и весь клан разорить? — усмехнулся Юлиан. Вроде как добродушно.
— В смысле? — не поняла упрёка я, продолжая поглаживать милейших с виду котят, совсем не похожих на вредоносных барабашек.
— Когда они превратят Жемчужную оранжерею, которая является гордостью Гримшера, в подобие сада Ставицких, с городом рассчитываться придётся кому? Правильно! — ответил сам себе ящер. — Тому, кто просил за этих энергетических пиявок, навешавших на ваши острые ушки ментальной лапши о том, какие они бедненькие и несчастненькие. То есть мне и моему клану.
Тварюшки недовольно завозились, прекрасно слыша и понимая, что на них катят бочку, но с колен моих не слезли, считая их отныне самым безопасным местом в доме. О том, что чуть не угробили меня, сбросив на голову люстру, малыши предпочитали не вспоминать. Я, впрочем, тоже. И всё же гарант правды мне бы и в этой ситуации пригодился. Вдруг действительно привирают?
Решив, что настало время для важного разговора, я полюбопытствовала, хотя точно знала ответ:
— Ваш артефакт по-прежнему не работает, босс?
— Нет.
— А хотите… я его починю? — На сей раз даже обернулась, потревожив тем самым двух пятнистых созданий. Из-за краски пятнистых, а не от природы.
Без маскировки они походили на котов породы сфинкс, только с более короткими лапками, оснащёнными маленькими присосками, и тремя хвостами вместо одного. Тоже с присосками, будто щупальце осьминога.
А ещё эти существа были заметно меньше обычных кошек и, не в пример им, легче. Просто пушинки, а не звери. Откуда они тут взялись? А как их собраться попали в горы, где я в детстве столкнулась с ментальным воздействием спрутокотиков? Ответы на мои вопросы тварюшки и сами не знали.
— Хочу! — после довольно продолжительной паузы, произнёс бьёрн. — Чините. — Он закатал рукав свитера. Пиджак босс снял часа два назад в одной из многочисленных комнат: в какой именно, наверное, и сам не помнит. Я уставилась на его запястье, обвитое серебряным кольцом с цепочкой незатейливых рун, на ладонь, лежавшую на полу, на безымянный палец, помеченный полоской жёлтой краски… — Элли?
— Чтобы разбудить ваш артефакт, мне придётся его забрать.
— Как всё, оказывается, банально, — скривился бьёрн.
— Нет, вы не поняли! — Я схватила его за руку, не давая подняться. — Я предлагаю вам обмен. Временный. Вы возьмёте в залог мой дар богов. Заметьте, рабочий! Хотя вчера он вырубился так же, как и ваш. А я одолжу до завтра ваш браслет. Потом снова обменяемся. Можем даже на бумаге всё прописать и заверить договор у нотариуса, если не доверяете.
