Углубила щит. Наполнила его чашу белым пухом. Тьма затормозила. На поверхности зеркальной поверхности выпустила белые спиральные жгуты. Как серпантин в горах, только крепкие.
Тьма стала плотней, давила в центр и постепенно проминала пух. Я начала сводить края чаши. Теперь это был уже бокал. Постепенно затягивала спирали от горлышка, словно мешок кисетным узлом. Медленно, но неотвратимо.
Тьма надавила сильнее. Попробовала вырваться вверх и вниз одновременно. Тоска заполнила все клеточки моей души. Я чувствовала, как по щекам текут слёзы. Снова плакала. И пусть. Стянула что есть сил спирали от горлышка вниз. Тьма запаниковала, ей стало сложно дышать. Она посерела и истончилась к краям. Я скрутила спирали вокруг блёклого тела. Оно было женским. Из последних сил нарастила давление. Чувствовала себя старым питоном.
Женское тело перестало сопротивляться. Оно экономило силы. Я тоже. Их не хватит на решительный удар, но я не отступлюсь. Мы умрем вместе. Сигнал. Но я не разжала колец. То, что я удерживала в руках было очень опасно. Оно убьет меня, как только освободится. Я это знаю.
Снова сигнал. На мои плечи легли теплые руки Глйна. Они гладили уставшие мышцы физически и спирали моего света ментально:
— Риальта, расслабься. Отпусти. Война закончилась.
— Глейн, она опасна и хочет мне зла.
— Она уйдет и не будет тебе вредить. Отпусти.
Я ослабила хватку колец. Они начали медленно распускаться, а потом все быстрее и быстрее. Я распрямила щит и на пуховой перине остается лежать Грана. Она улыбалась. Выход.
Я жива! Ноги не держали совершенно. Глейн подхватил меня на руки и прижал к груди. Тракс завершил игру:
— Закончили. После обеда индивидуальные собеседования. Расписание пришлём на коммуникаторы. Все свободны.
Только правда. Глейн
Ри сильно досталось. Она была снова в своем отстранённом зазеркалье. Отнёс её на руках в нашу комнату, опустил на ноги. Прильнула моментально всем телом, и мы загорелись оба. Целовались, как в последний раз, цеплялись губами за эту жизнь, друг за друга.
Я остановился и поднял ее подбородок вверх. Риальта удивленно посмотрела мне в глаза. Я хочу быть с ней много лет. Мне не нужна только одна близость. Мне нужна долгая жизнь с этой девушкой. Поэтому очень аккуратно спросил:
— Ты сейчас сможешь… после игры? Тебе пришлось там… несладко. Надо дать тебе время отдохнуть? Что скажешь, Ри?
— Ты о чем? Мы всегда устаем? Откуда такие вопросы?
— Тебе там пришлось быть с другими мужчинами. Если тебе сейчас больно, я готов ждать и помогать восстановиться.
Она резко отстранилась и заморгала глазами, словно вытряхивая из них соринку.
— Глейн, ты что, знал, что нас будут ментально насиловать?
— Догадывался. В прошлом потоке это делали на индивидуальных занятиях в самом конце обучения. У нас было 2 девственницы, их накрыло сильнее других. Сутки у медичек пролежали.
— И ты не предупредил? — Она сделала небольшой шажок назад. Я сжал ее руку сильнее и второй прижал талию. Я нервничал, но говорил честно и уверенно.
— Я не знал наверняка. Обучение этого курса сильно отличается от нашего. Думал, что этого упражнения не будет. Ты… сильно пострадала? — Мне невыносимо было смотреть в глаза своей любимой, ждать ответ, который может быть ужасным. И, главное, не иметь возможности, защитить. Всё было в рамках устава. Я не знаю, что бы со мной случилось, если бы Риальте досталось на занятии. Но она этот камень с моей души сняла.
— Нет, я отбилась, Глейн. Всё в порядке. Я же дворовая девочка, а не графинюшка, которую однажды за локоть посильнее взяли, и она в обморок упала, — вздохнула, заглянула мне в глаза, — Глейн, давай договоримся: ты будешь говорить мне правду. Даже если она мне не понравится. Вранье я воспринимаю, как предательство. Умалчивание — тоже. Если не можешь быть честным — скажи сразу, я пойму. И буду знать, что я снова одна. — Я рванулся с протестами, но Риальта меня остановила, закрыв ладонью рот. — Мы останемся напарниками и любовниками. Просто я буду знать, что иду по жизни одна. Это не плохо. Это просто условие задачи. Мы останемся в паре, но не по любви, а по службе.
— Я всегда говорю тебе правду, Ри. Я не сказал, потому что не знал. Сознательно я тебя не обманывал. Я тебя люблю. Ты со мной. И надеюсь, что это взаимно.
— Это взаимно, Глейн. Давай не будем терять время. Пойдем в душ. Говорят, там можно не только мыться. — Её улыбка стала лукавой. Мыться нам пришлось дважды, и никто не был против. В столовую мы пришли последними.
Собеседование с Айсом. Риальта.
Первым меня вызвал Айс. Холодный и сосредоточенный Начальник Обороны кивнул мне на кресло, напротив своего.
— Риальта, как вы думаете, какой у меня к вам вопрос?
— Смотря, какова ваша цель, господин Айс. — Начальник хмыкнул.
— Укомплектовать смену патрульных наилучшим образом и обеспечить полноценную защиту Мервенталя.
— Тогда у вас нет вопросов. У вас стопка приказов.
— Однако. — Он отхлебнул чай из стакана в массивном подстаканнике и продолжил. — Вы проницательны. Как вы сделали свои выводы?
