– Ты меня прости, но Блай – очень своеобразный мужчина. Вот прям совсем на любителя.
– Поэтому Артемис и сбежал даже раньше, чем рассчитывал. Видела бы ты эту сцену! Он попытался что-то приказать горбуну, потребовать на правах будущей родственницы хозяина замка. Ну, Блай тоже не лыком шит, ухмыльнулся пошире и ка-а-ак ущипнет!
– Оу… А за что он… гм… ущипнул-то?
– За самое нужно место, – со знанием дела ответила Матильда и вновь вернулась к роскошным платьям. – И знаешь, мне Артемиса совсем не жаль.
– Жестокая ты. – Лиля вновь пригубила кофе.
– Я реалистичная и…
– Практичная. Я помню.
– Именно. А вот ты совершенно неприспособленная. Чего вчера устроила? Как можно было допустить такое? А если бы заболела?
– Я же не знала, что пойдет дождь. Думала, лишние несколько часов, наедине с лордом, в романтической обстановке… Была уверена, что это поспособствует нашему сближению.
– Ну и как? Способствовали?
– Не совсем, – призналась Лиля. – Он меня почти поцеловал, но помешал горбун. Вот скажи, что будет делать нормальный мужик в подобной ситуации? Одинокий домик в лесу, почти ночь, даже одна из лун выглянуть успела, дождик шуршит по крыше, и я… в нижнем белье…
– Нормальный мужчина в подобной ситуации будет вести себя так, как предписывают понятия о чести и достоинстве, – учительским тоном поведала камеристка. – А то, о чем подумала ты, позволяют себе лишь совершенно аморальные личности. Крестьянка какая-нибудь, например.
– Умеешь ты, Матильда, поддержать.
– А ты что хотела? Чем выше социальное положение, тем больше ответственности. А то, что лорд не позволил себе ничего непристойного, говорит лишь о его к тебе расположении и уважении. Должна признать, господин Риккон оказался неожиданно заботливым и достойным человеком. Слухи-то о нем ходили самые противоречивые. В другой ситуации я, может, даже согласилась бы на брак чернолесского лорда и златодольской наследницы…
– Э-э! Ты чего?!
– Шучу, – довольно хмыкнула Матильда. – А ты все-таки ревнуешь, просто признай это.
Признавать Лиля ничего не собиралась, но и явно отрицать уже не хотелось. Поэтому с наигранным безразличием пожала плечами и вновь уткнулась в кружку с кофе. Что и говорить, поездка к императору обещала быть весьма волнительной.
В столицу выехали этим же днем.
Пришлось приспособить сразу две кареты. В одной уместились Лилия с Рикконом и Матильда с Блаем, а во второй везли многочисленные платья, собранные умелой рукой камеристки. О да, Матильда расстаралась на славу, решив поразить императорский двор богатством и красотой златодольской наследницы. Ну и что, что на данной момент этой самой наследницей являлась не она? Зато слава о благополучии края будет еще долго на устах у всех придворных.
Лиля во все глаза рассматривала пейзажи. Чем ближе они подъезжали к столице, тем богаче становились города.
– А мы остановимся во дворце? – спросила она.
– Нет, у меня там есть дом. – Риккон равнодушно поглядывал в окно, совершенно не разделяя восторга невесты. – Он, конечно, не так велик, как замок Чернолесья, но тебе должен понравиться.
– Дом в самом сердце империи – это прекрасно, я уже в восторге.
Город произвел приятное впечатление. Необычный для современного человека, но совершенно стандартный для Средневековья. Высокая стена окружала столицу, даря ее обитателям чувство полнейшей защищенности. Тяжелые ворота, к досаде иномирянки, оказались широко распахнуты. Жаль, Лиля с наслаждением бы послушала, как они скрипят. Маленькое такое желание: услышать скрип распахиваемых городских ворот, почувствовать себя значимой личностью, для которой нет никаких преград.
Лиля покосилась на лорда. Хорошо, что он не умеет читать мысли, был бы в шоке.
За стеной путешественников встречали небольшие дома зажиточных горожан, но чем дальше они продвигались, тем здания становились все богаче и фундаментальнее. Как Лиля поняла, самые знатные господа жили в центре, недалеко от дворца, ну а учитывая, что их кареты стремились именно туда… В общем, невеста была довольна. Если еще и император окажется благодушным властителем, то операцию по нахождению своего места среди знати можно считать успешной.
Кстати, об императоре…
– Я… гм… будучи дамой очень скромного и тихого поведения, в столице ни разу не была и с императором не встречалась. Не подскажете, какой он? Чтобы не ошибиться, а то вдруг оскорблю монаршую особу ненароком.
Риккон напрягся и промолчал, а Блай насмешливо приподнял один уголок рта.
– Император? – Он поправил шейный платок. – Обычный человек, вон с господином лордом знается, но и от простых людей носа не воротит. А обидеть его не бойся, сам кого хочешь обидит, коли нужда появится.
– Блай прав, – кивнул Риккон. – Император – достой-
ный правитель.
– Вот только приказы у него странные. – Лиля с теплотой посмотрела на жениха. – Но мы же не против, правда?
Он ничего не ответил, а вот горбун почему-то хохотнул. Да не просто хохотнул, а чуть ли не засмеялся в полный голос. Лиля не сомневалась: если бы в карете не было посторонних, Блай дал бы выход эмоциям. А пока лишь сплошная недосказанность.
