– Меня не касаются твои отношения с альфой. Я слишком долго тебя опекала, пыталась уберечь от ошибок. Видимо, зря. Отныне ты сама по себе.
– Но я не хочу быть сама по себе!
Я догоняю Сесиль и хватаю ее за руку. Неслыханная наглость среди вервольфов, позволяемая детям и в тесном семейном кругу.
– Сесиль! Тетя, я уверена, что без твоей помощи мне не справиться. Мне не хватает твоей мудрости, знаний, опыта. К тому же, ты моя семья. Прошу, не бросай меня.
Ее черты смягчаются – я нашла верные слова.
– Я не собираюсь бросать тебя, моя девочка. Просто теперь я буду жить в Черной долине.
– Что?
Сказать, что я в шоке, ничего не сказать.
– Альфа предложил мне переехать из особняка, и, если честно, я думала, что это твоя идея. Что ты устала от моей опеки, почувствовала вкус свободы. Самостоятельной жизни. Как всегда хотела.
Я действительно хотела самостоятельности, но не выгонять же Сесиль из ее дома?
– Я поговорю с ним, – обещаю я, сжимая тетину ладонь. – Сегодня вечером поговорю, и тебе не понадобится никуда переезжать, если сама не захочешь.
Сесиль пожимает мою руку в ответ.
– Хорошо.
– Ты поможешь мне с делами? Научишь меня всему?
– Теперь тебе достаточно мне приказать.
– Но я просто прошу.
Сесиль долго рассматривает меня, раздумывая над ответом.
– Конечно, Алиша.
Я облегченно выдыхаю и понимаю, что это утро меня просто вымотало. Сейчас бы в душ, а лучше в ванную. Собственную! С медовой пенкой. Невестой альфы быть не так уж плохо.
– Позволишь дать тебе совет? – Голос Сесиль выбивает меня из сладких грез. Дождавшись моего кивка, она продолжает: – Будь осторожна в своих играх с альфой. С женщин, особенно с волчиц, всегда спрос иной. Репутацию просто потерять и почти невозможно восстановить. Но сложнее всего склеить разбитое сердце. Не позволяй ему этого, Алиша.
– Постараюсь, Сесиль.
Тетя освобождает руку и принимает обычный невозмутимый вид.
– Если комната тебя устраивает, я попрошу Маркуса, чтобы сюда перенесли твои вещи.
Она уходит, а я остаюсь в своей новой спальне, и, кажется, теперь в новой жизни.
Разбитое сердце? Нет, это точно не про меня. Однажды я это пережила. Второй раз этого не допущу.
Следующие несколько часов я трачу на то, чтобы обустроить свою новую спальню. Расставляю на полках книги, в ванной косметику, развешиваю и раскладываю одежду в гардеробной. Она оказывается настолько большой, что мои вещи занимают едва ли половину одной стороны. С учетом зимних курток и пальто. Невесте и жене альфы положен гардероб побольше, но родительского наследства у меня нет, и теперь все зависит от благосклонности моего будущего супруга. Так говорила Сесиль, когда я, еще будучи подростком, слушала ее рассказы о правильных волчьих женах и их жизни.
Еще я отправляю сообщение Калебу. Извиняюсь за произошедшее сегодня, не уверена, что он захочет со мной разговаривать, а он вдруг перезванивает:
– Алиша, у тебя все в порядке?
– В полном.
– Он тебя наказал?
Я вспоминаю о «наказании» и краснею. Хорошо, что Калеб меня не видит.
– Нет, мы просто поговорили. Я рассказала правду. Все действительно хорошо.
– Прости, что я… струсил.
– Нет, – качаю головой я и перекладываю расческу с одного места на другое. – Это ты прости, что я подставила тебя под удар. Я бы на твоем месте поступила так же. Учеба прежде всего.
– Но это не так. Есть вещи важнее.
– Например?
Он молчит, и я уже жалею, что переспросила.
–Ты мне нравишься, Али. Я из-за этого стал изучать обычаи и законы вервольфов.
Расческа выпадает из моих рук. С грохотом.
Предки! Всегда это подозревала. Но одно дело подозревать, а совсем другое знать наверняка.
– Калеб, вервольфы не могут быть с людьми.
– Могут, – заявляет он упрямо. – Такое случалось.
– Только если из стаи выгонят, и у таких пар не может быть детей.
– Почему не сказала, что ты невеста профессора Бичэма? – теперь голос парня звучит прохладнее.
Потому что не считала себя невестой Хантера до сегодняшнего дня.
– Это не имеет значения.
– Для меня имеет. Он… Он правда твоя истинная пара?
Если бы я знала!
Но ответить так, значит, дать Калебу надежду на взаимность.
– Да, – говорю поспешно, возможно, разбивая ему сердце. – Сегодня я в этом разобралась и убедилась.
На том конце провода долгое молчание, которое я нарушаю первой.
– Я пойму, если ты не захочешь со мной общаться.
– Мне нужно время, – отвечает он и отключается.
Меня жует совесть за этот поступок, остается только утешать себя тем, что я все делаю правильно. Но настроение все равно портится. Поэтому я решаю пока закончить с переездом. Скачиваю пропущенные лекции с сайта факультета и слушаю их, принимая ванну. Как ни странно, теперь даже не хочется смывать с себя запах Хантера, но я, наверное, сама странная. Мысль с лекции по детским травмам все время перескакивает на него. На мужчину, о котором не получается не думать.
Встретимся ли мы сегодня? Получится ли поговорить с ним о Сесиль? Что я ему скажу? Я пыталась выстроить в голове наш разговор, но ничего не получалось. Если честно, мы вообще не так много разговаривали, чтобы я могла представить, как он отреагирует на те или иначе слова, или на мою просьбу.
