Заслушавшись Багратова, не сразу понимаю, на что он намекает. Но потом вздрагиваю от громкого звука очередного удара по шарам. Слышится звук неторопливых, но уверенных шагов. Длинная тень накрывает меня с головой. Я съёживаюсь под плотоядным взглядом Рустама.
– Поехали развлекаться, конопатая? – предлагает он, дёргая за прядь. – Вперёд. Не засиживайся. Сколько у меня времени, Ильяс?
– До рассвета она твоя. Делай с ней всё что угодно. Главное, чтобы завтра она могла говорить и стоять на ногах… – равнодушно отвечает Ильяс, складывая шары треугольником. – Кто-нибудь нальёт мне выпить?
Я встаю и огибаю высокого Рустама, подхожу на негнущихся ногах к столику с дорогой выпивкой. Понимаю, что это мой последний шанс как-то договориться с Анваровым Ильясом, чтобы не отправляться в постель к его младшему брату.
– Что ты пьёшь?
– Налей виски…
Мужчина говорит без явного раздражения, но упорно не поворачивается ко мне лицом. Стоит ко мне спиной и держится с неприкосновенным видом. Пальцы трясутся, когда я наливаю выпить, от страха даже проливаю парочку капель.
– И пару кубиков льда, – командует Ильяс.
Наполнив бокал необходимым, подхожу к мужчине. Он протягивает руку за бокалом. Пальцы Анварова касаются прохладного стекла. Я не отпускаю бокал и шагаю к мужчине поближе.
– Пожалуйста, не отдавай меня ему… – произношу со слезами в голосе. – Я поняла свою ошибку. Я больше никуда не выйду без спроса и не скажу ничего лишнего.
– Это навряд ли, – вздыхает Ильяс. – Я рассчитывал на послушную куколку, но мне досталась вздорная, маленькая мегерочка с непокорным характером…
– Я исправлюсь. Пожалуйста… Не хочу в постель к чужому мужчине… Мне страшно!
Говорю, чувствуя, что унижаюсь, вымаливая прощение. Слёзы катятся с градом. Поняв, что Ильяс в ответ молчит, я резко бросаюсь в сторону двери, желая добежать первой.
Не знаю, далеко ли удастся убежать в доме Анварова. Потому что кругом находятся его люди. Но попытаться стоит.
Я не хочу становиться постельной игрушкой для самодовольного ублюдка!
– Дамир, ствол при тебе? – резко спрашивает Рустам.
– Разумеется.
– Сделай одолжение, возьми её на прицел. Слишком резвая добыча!
Раздаётся характерный звук. Так щёлкает перезаряжаемый пистолет. Услышав это, по моему телу проносится волна дрожи. От паники зубы клацают друг о друга.
Я хватаюсь за дверную ручку, но ослабевшие пальцы лишь скользят по гладкому металлу, а тело кренится в сторону. Неужели… меня ранили? Но почему не было слышно выстрела?!
Олеся
– Кретины… – слышится голос Ильяса. – Слова про ствол были лишними!
– Сам ты кретин.
– Я всего лишь сделал тебе знак подыграть мне, Рус. Подыграть, а не доводить до полусмерти мою невесту!
Лица касается что-то прохладное. Моя голова лежит на сгибе мужского локтя. Ильяс поддерживает меня. Это его парфюм звучит так сильно и баюкает, приглушая страх и панику. От согревающего аромата парфюма где-то глубоко под кожей проносятся волны приятных мурашек.
– Фиктивную невесту, – уточняет Дамир.
– Не тебе меня учить и говорить хоть что-то о фиктивных браках. На свой посмотри, – огрызается Ильяс.
– Конопатая довольно изящно упала прямиком тебе в руки. Уверен, что она не разыгрывает приступ? – сомневается Рустам.
– Уверен! Просто я ловкий! Она перепугалась до смерти. Леся… – Ильяс осторожно похлопывает меня по щеке. – Леся, очнись, глупышка.
От прикосновений Ильяса я испытываю облегчение. Ещё больше радуюсь услышанному. Фиктивный жених не собирался меня никому проигрывать. Он лишь изобразил проигрыш, но так натурально, что я перепугалась до состояния обморока.
– Открой глаза, Леся. Ты уже пришла в себя. Я это чувствую…
Кажется, больше нет нужды изображать, будто я до сих пор нахожусь в глубоком обмороке. Я открываю глаза, замечая лицо Ильяса, склонённое надо мной. И что бы он ни говорил, но я читаю в его взгляде тревогу и сильное облегчение, скользнувшее улыбкой на губы.
– У неё красивые ножки… – подаёт голос Рустам.
– Не пялься! – Ильяс сам поправляет сорочку и полы халатика, разъехавшиеся в стороны при падении.
– Спасибо, Ильяс.
Я поднимаюсь, испытывая небольшую слабость во всём теле. Ильяс наливает в высокий бокал воду и протягивает мне.
– Выпей.
Осушаю мелкими глотками бокал, собираясь с мыслями. Вижу взгляды Рустама и Дамира. Глаза мужчин искрят. Им так весело, что они даже на мгновение забыли о вражде.
– Это была шутка? – осторожно ставлю бокал на стол. – Просто шутка?
– Нет, глупая. Это был урок. Репетиция того, что может случиться, если ты не будешь выполнять условия, – поясняет Анваров. – Ты всё поняла?
– Да.
– Конопатая, ты поверила каждому сказанному слову? – уточняет Рустам.
– Это было очень правдиво… – говорю машинально.
Не знаю, зачем я отвечаю на эти вопросы. Стою, под градом насмешек и взглядов, полных самодовольства и осознания своей силы. Помню, что обещала Ильясу быть тихой мышкой и не говорить лишнего, но с глубины души поднимается возмущение, выплёскиваясь словами:
– Трое взрослых, сильных мужчин на одну девушку. Это было очень… смело и по-мужски! – вырывается с моих губ.
Я едва не реву!
