Его взгляд не предвещал ничего доброго, и Джоселин проглотила язвительный ответ, вертевшийся на языке. Он подошел к двери, распахнул ее и вышел во двор. Джоселин немедленно встала за раскрытой внутрь створкой двери, откуда ее нельзя было увидеть, зато она могла все слышать. Могла бы, если бы Рэнд и нежданные визитеры не беседовали намеренно приглушенными голосами, конечно же, по его распоряжению.
— Миледи, — прошептала подошедшая сзади Флора. — Я сомневаюсь, что милорду понравилось бы…
— Чепуха, Флора. Он просто хочет, чтобы мы сохраняли спокойствие. — Джоселин придвинулась ближе к стене, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь щель между дверью и косяком, но попытка оказалась тщетной.
Тут голос Рэнда приблизился, и она быстро отступила от двери и вернулась на место, где.он ее оставил. Рэнд переступил порог. Лицо его было мрачнее тучи. Он бросил на Джоселин странный неуверенный взгляд, затем кивнул Флоре.
— Кажется, у нас гость. Позаботьтесь, пожалуйста, о комнате.
— Гость? — Джоселин попыталась заглянуть через его плечо. — Кто же это?
Тут глаза ее раскрылись от изумления, и она сдернула очки с носа.
— Миледи, я считал минуты со времени нашей последней встречи. — Принц Алексис Фридрих Бертольд Рупрехт Пражински вступил в комнату непринужденно, словно в собственную гостиную. Он остановился перед Джоселин, склонил голову в коротком поклоне, взял ее руку и поднес к губам. — Я скучал по вас, дорогая Джоселин.
— Леди Бомон, — отчетливо произнес Рэнд. Джоселин не обратила на него внимания и ослепительно улыбнулась Алексису.
— Ваше высочество! Как приятно видеть вас снова.
— А вы очаровательны, как всегда. — Алексис впился в нее глазами.
— Теперь это леди Бомон, — повторил Рэнд.
— Я слышу вас. — Алексис понимающе улыбнулся Джоселин. — Какая жалость!
— Почему же? — Рэнд встал рядом с женой и многозначительно посмотрел на руку принца, в которой тот продолжал удерживать пальчики молодой дамы. Алексис выпустил их, но от лица спутницы глаз не отвел. — Мы вполне довольны друг другом.
Эта откровенная ложь отвлекла внимание Джоселин от Алексиса. Рэнд улыбался ей с преувеличенной нежностью. Ей страшно захотелось дать ему пощечину. Она демонстративно отступила от него и сосредоточила все внимание на принце.
— Вы правы, ваше высочество, мы не виделись очень давно. — Она выразительно огляделась, отмечая отсутствие свиты. — Неужели вы проделали весь путь один?
— Я оставил сопровождающих в какой-то жуткой деревне в двух часах пути отсюда. — Он стянул перчатки. — Решил, что это будет разумно, поскольку Бомон затратил немалые усилия, чтобы скрыть ваше место пребывания. — Он с улыбкой посмотрел на Рэнда. — Правильно я поступил, кузен?
Кузен!
— Мне с трудом верится, что они позволили вам путешествовать одному, — ответил Рэнд, прежде чем Джоселин успела вставить хотя бы слово.
— Мне никто ничего не может позволить или не позволить. — Алексиса явно позабавили слова Бомона. — Я всегда поступаю, только руководствуясь собственными желаниями. Это привилегия сильных мира сего.
— Как вы нашли нас? — спросил Рэнд.
— Это не составило труда, — пожал плечами Алексис. — Я принц суверенного государства, которое имеет дружеские отношения с вашим, а также гость вашего правительства. Когда человек, к которому я специально обратился с просьбой заняться делом, связанным с моей безопасностью, просто растворяется в воздухе, а на его место поставили деревенщину, то я, конечно, не могу оставить этот факт без внимания. — Алексис хлопнул по ладони перчатками. — Я лишь осведомился, где вы и что вы там делаете. И получил ответ. Это еще одна привилегия сильных мира сего. — Принц обернулся к Джоселин. — Надеюсь, никто не посмел вас обидеть?
— О нет, абсолютно никто. — Она метнула быстрый взгляд на Рэнда, желая удостовериться, обратил ли он внимание на тонкую иронию ее ответа. Он обратил…
— Я бы никогда не простил себе, если бы вы из-за меня пострадали. — Тон Алексиса был искренним и задушевным. Может быть, даже интимным. И тем не менее слова его доставляли Джоселин огромное удовольствие.
— Как вы добры, что говорите это.
— Простите, что вмешиваюсь. — Рэнд снова подошел к Джоселин. — Но помимо участия, которое вы принимаете в моей жене и за которое вам, разумеется, благодарны…
— Очень-очень благодарны, — вставила Джоселин.
— Что еще привело вас сюда, ваше высочество?
— А то, что вы — единственный человек, которому я доверяю. Вы один в Британии, а может быть, и во всей Европе — я уверен в этом — не жаждете лишить моего отца престола, а меня и моих брата и сестру выбросить на улицу или хуже того… Послушайте, кузен, я не могу позволить, чтобы моя судьба оказалась в руках того болвана, который заступил на ваше место.
Снова он повторил это обращение — «кузен»! Джоселин озадаченно сдвинула брови.
— Простите за вопрос, ваше высочество, но вы уже дважды назвали лорда Бомона кузеном, и мне чрезвычайно любопытно — почему?
— Что же тут необычного? А как вы называете ваши кузенов?
— Мне кажется… — начал Рэнд.
