— Ты поступил изящно. Заморочил мне голову и попросил притвориться. Убедил, что мне тоже этого хотелось!
— А тебе хотелось. Иначе не убедил бы.
— Ты лис, а не волк!
— Моя, я читал ваши сказки. Так вот, поверь мне, никакие лисы, коты, колобки и тем более поросята не проведут волка! Кого хочешь спроси.
— Нахальный, самодовольный волчара.
— Угу. А за то, что привел тебя в наш мир, я должен просить прощения, конечно, но я…
— Хорошо, что привёл, — перебила Катя. — Я никогда не была так счастлива. И лучше мне было это узнать, чем не знать никогда. Но понять, сколько ты всего от меня скрыл, и сколько потеряно времени! И то, что ты заранее смирился…
— Вот времени мы как раз не теряли, — возразил он, теперь довольно улыбаясь. — Когда престаешь гоняться за невозможным, не упустишь основное.
— Я покусала бы тебя. Если бы была волчицей. Потрепала бы от души!
— Ради такого дела я даже не сопротивлялся бы. Один гм… раз, так и быть.
— Данир.
— Хочешь два раза?
Не гоняться за невозможным, да? Ну это он так решил.
— Данир, ответь на вопрос?
— Конечно.
— Мне нельзя делиться силой с Кайниром, потому что я женщина?
— Гм…
— Из-за беременности?..
— Да. В твоем положении силу не дают и не берут. Повредит ребенку. Можно будет через сорок дней после. Но сначала надо вообще замерить твой уровень, есть ли у тебя магия и сколько. Тоже через сорок дней.
— Ты сразу узнал о ребенке, да?..
— Угу. Потом я всю ночь выл и грыз решётку.
— Данир…
— А потом сообразил, что это всё ерунда. Ничего не значит. Если ты будешь моя.
— Я не говорила, потому что… — она замолчала.
Что сказать?..
— Неважно, — пришёл на помощь Данир. — Твой ребенок будет Саверином. Мы оба кое-что скрыли друг от друга. У нас тоже есть поговорка про шило и мешок. Это забавно, да? — он улыбался.
Надо же, ему было забавно. Но камень с души упал.
— Моя, одна из брачных клятв в храме звучит так: супруги не имеют тайн друг от друга. Можешь считать, что мы стали настоящими супругами сегодня. До сих пор ты была невестой. Или у тебя остались тайны?..
— А у тебя, Данир?
— Кое-какие мелочи разве только. Спрашивай. У нас с тобой сегодня будет ночь вопросов и ответов.
А ей теперь хотелось молчать. Причём долго.
Она лежала ухом на его плече и слушала: тук, тук, тук… Его сердце билось ровно и сильно. Пока… билось.
По крайней мере ещё один вопрос, и важный, придется задать!
— Данир, айя Орна упоминала как-то, что, отказавшись от той невесты, ты кого-то подвёл. Кому-то очень нужны были деньги, которые пошли бы на отступное. Кому? Ты помнишь?
Его рука замерла, уже основательно запутавшись в её волосах.
— Она говорила это тебе? Вот же… — Данир выдохнул что-то сквозь зубы. — Нет, не помню. Давно это было, а деньги постоянно кому-то нужны. Почему тебя это волнует?..
Она промолчала. Скоро его рука обмякла и упала на кровать — он заснул. И это хорошо, он ранен, надо силы восстанавливать. Кайниру его ещё лечить. Ответы на вопросы он будет должен.
Полежав немного и послушав его мерное дыхание, Катя потихоньку слезла с кровати. Ужаснулась, заглянув в зеркало — растрепанная, как пугало. Прихватив расчёску и пеленку с кровью Данира, ушла из спальни — чтобы ненароком не разбудить…
Турей её дожидалась, сидела на табурете посреди коридора. Вскочила.
— Айя Катерина!
— Турей! — Катя схватила её в объятия, — как хорошо, что ты тут!
— Где же мне быть, моя айя? — проворчала она, смущенная. — Я теперь от вас не отойду, пусть Мать меня услышит. На один день уехала — и вон что случилось! Как дитя малое, всюду нос суёте.
— Турей, мне твоя помощь нужна. Где мастер Таурун? Можешь его позвать?
— Сама искала. Нет его в замке. А вы что ещё задумали?
— Турей, узнай, пожалуйста, когда можно уехать дилижансом в Харрой. Ведь можно? Ездят дилижансы по дороге?
— Как же не ездят, — служанка смотрела подозрительно, — что с дорогой случится? С дорогой всегда все хорошо, это закон. А когда… — она немного подумала, — так ведь сегодня, до рассвета проедет. А потом через пять дней.
— Пять дней? Это долго! Ты уверена? — расстроилась Катя.
— Экипаж велите запрячь, охрану возьмите, и поезжайте, когда пожелаете. Если айты и заартачатся, то неужели не уговорите? По дороге-то? А вам что, купить надо что-то?
— Мне надо в храм Матери в Харрое. Это кошачий храм.
Турей ахнула.
— Турей, есть надежда узнать про проклятье Данира. Хоть что-то узнать, точнее. Бабушка хотела.
— Тогда не надо экипаж и охрану, моя айя, — вздохнула Турей. — Лучше потихоньку. Жрицы куматов да, ведуньи искусные. Только ведь не пустят вас! Волки не отпустят, и куматы не впустят! Это вы раньше волчицей не были…
— Потому и прошу твоей помощи. Ты зайдёшь в храм и поговоришь со жрицами. Я подожду. Хотя одна жрица приглашала меня к себе в Харрой, недавно. Но кто знает, что именно она имела в виду.
— Жрица приглашала? Вас?!
— Турей, ты мне поможешь?
Она медленно кивнула. Но совершенно точно продолжала сомневаться.
— Может, подождёте мастера Тауруна, моя айя?
— Да, он обещал помочь. Но пять дней, Турей! У меня их так мало. Ты говоришь, что съездить в Харрой просто и безопасно? Решено. Едем сегодня.
