Алиса появляется почти сразу и, ожидаемо, задает только один вопрос.
— Почему он ушел, Ри? Почему он ушел?! — в ее голосе я слышу дрожь и страх, она смотрит на меня блестящими от соленой влаги глазами и ждет ответа. Хотя, нет, она ждет от меня заверения, что все хорошо и голубоглазый рыцарь еще вернется к ней.
— Он должен был уехать, Лисенок! Я попросила его больше не приезжать сюда…
— Что ты сделала? — севшим голосом переспросила она, по щеке скатилась первая слезинка, бездонные голубые озера наполнились болью и злостью. Я превратилась в предательницу в ее глазах!
— Я не хочу обманывать тебя, Лис! Он признался мне в любви и сделал предложение, но я отказала ему! Слышишь? Все, как и прежде: есть только ты и я и целый мир против, но мы все равно сильнее! Главное, помнить об этом!
Она закрыла лицо ладонями, я затаила дыхание, боясь худшего, гадая, стоило ли говорить ей правду.
— Прости меня, — шепчут мои губы. Я торопливо подхожу к ней и опускаю ее руки, боясь увидеть в глазах сестры злость и презрение, но она лишь прижимается ко мне и жалобно всхлипывает, она не может говорить и лишь судорожно сжимает мои плечи.
— Я такая глупая, Ри, — наконец произносит сестра. — Я думала, что нужна ему, что он полюбит меня, но в его глазах я лишь ребенок!
— Ты еще не знаешь, какую глупость совершила я, а точнее целую кучу глупостей! — горько насмехаюсь в ответ.
— Ты это о чем? — уже немного успокоившись, спрашивает сестра.
— Это долгий разговор, который точно не стоит начинать на голодный желудок!
Она забавно морщит носик и уходит, чтобы поторопить прислугу. Что-то неуловимо изменилось в ее глазах и походке… Алиса храбрится, но потом тоска снова начнет душить ее и от этого сердце мое сжимается еще сильнее, а голова привычно начинает болеть.
Эрик вернулся в тот же день, ближе к вечеру и это несказанно удивило меня! Я не ждал, что он снова появится в моем доме. Я ждал, что он задержится в гостях у графини или вернется в свой собственный дом, однако он поступил иначе.
— Чем обязан? — не очень-то вежливо встретил я племянника.
— Не беспокойся, я ненадолго и не для того, чтобы устраивать новую драку, — с мрачной насмешкой сообщил мне этот сопляк.
— Да уж спасибо, что успокоил, а то я было начал бояться! — я отпиваю вино и смотрю на него сверху вниз, ожидая продолжения его язвительной фразы.
— Просто хочу, чтобы ты знал: Крайнов не сопровождал ее до дома! Графиня потребовала сменить экипаж в городе и сразу же воспользовалась возможностью избавиться от его общества. Она просто хотела сбежать от тебя, дядя! Риана пережила слишком много, чтобы воевать еще и с тобой! Оставь эту девушку в покое! — сухо и несколько грубовато, но крайне сдержанно произнес он.
— Ты хотел сказать: оставить ее ТЕБЕ? — вежливо уточняю я.
Эрик встречает мой недобрый взгляд совершенно спокойно, он опирается плечом о дверной косяк и устало вздыхает.
— Нет, она отвергла и мои чувства, и я уважаю ее решение! Хочу, чтобы ты поступил также!
Серьезность, с которой смотрит на меня племянник, поражает и заставляет забыть о раздражении и глупой ревности, а сказанные им слова ощутимо усмирили мою злость.
— Что ж, я не чудовище, которое съедает на завтрак юных красавиц, хотя ты, верно, представляешь меня именно таким? Я оставлю ее в покое, даже покину эту страну: у меня как раз намечаются новые переговоры, и мне, в самом деле, нужно немного остыть и проветрить голову, но это не значит, что кто-то вроде тебя может навязывать мне, что делать можно, а чего нет!
— Ты даешь мне слово, что не приблизишься больше к графине Богдановой? — Эрик сверлит меня взглядом исподлобья и скрещивает руки на груди.
— Я не собираюсь давать тебе никаких обещаний! Эта девушка показалась мне особенной, не такой, как другие, и я не уверен, что смогу так легко от нее отказаться! — пожав плечами, совершенно честно признаю я.
— Тогда спасибо за откровенность, дядя! Риана и впрямь особенная, и, если ты причинишь ей вред, я буду драться с тобой, пока не одержу победу или… умру!
— Ну-ну, несколько пафосное обещание не находишь?
Эрик безразлично пожал плечами, а потом вдруг, с вызовом глядя мне в глаза, спросил:
— Скажи мне, дядя, почему твоя жена покончила с собой?
— Она не делала этого, Эрик! — без тени страха отвечаю я, наблюдая за тем, как вытягивается от удивления его лицо.
— Что ты имеешь в виду? Ее отравили? Это сделал ты?
Кто бы сомневался, что именно такая мысль озарит его голову в первую очередь!
— И почему мне кажется, что ты меня сейчас обвиняешь? Ее застрелили и, нет, это сделал НЕ я! И, опережая следующий твой вопрос, скажу: я ни о чем подобном никого не просил!
— Я не верю тебе, зачем врать всем о подобном? — Эрик нервничает: видимо, мысль о том, что я замучил собственную супругу, долгое время не давала ему покоя.
— Потому что правда слишком горька — она еще хуже, чем эту глупая сказочка про мужа-тирана и его несчастную жену! — фыркнув, отвечаю ему. — Я устал от твоих вопросов! Ты можешь остаться на ночь, но лучше покинь мой дом прямо сейчас!
