— Как вы только что выразились, он сделал это при свидетелях, и люди видели, что Эрик спасал мою сестру от страшной смерти! Мой отец пытался задушить собственного ребенка, — с трудом сдерживая ком в горле, проговорила я. Вспоминать случившееся только что было крайне болезненно.
— Я сочувствую вам, графиня! Но меня удивляет, как при таком отце вы остались настолько наивны? — с долей превосходства в голосе спросил Крайнов. — Люди видят ровно то, что хотят видеть! А если того требует ситуация, они увидят ровно то, что их попросят «увидеть»! — совершенно спокойно объяснил он.
— Думаю, Эрика могут арестовать за нападение, — продолжил граф. — Ему следовала быть сдержаннее и просто оттащить от девчонки сумасшедшего старика, а не махать кулаками почем зря!
Я побледнела, с трудом борясь с головокружением и злостью.
— Быть сдержаннее… так, как это удалось вам, граф? — со злостью отозвалась я.
Крайнов, выказывая свое недовольство моим намеком на то, что он поступил, как трус, лишь передернул плечами.
— Я думаю, вам не следует грубить мне! Я могу быть вам полезен! — с нажимом произнес граф.
Мне не нравился его взгляд, его тон. А то, как он собирался сделать одолжение другу и мне в частности… О, я хотела бы взять пример с дорогого батюшки и придушить Константина собственными руками, но не могла позволить себе этого.
— Я кое-что знаю о связях своего отца и, если то, о чем вы говорите, правда, то вы, граф, ничем нам не поможете! Здесь нет вашего батюшки, а сами вы вряд ли успели обзавестись нужными знакомствами! Я найду способ разобраться с собственным отцом без вашей протекции! — я заставила себя отвернуться от графа, даже не попрощавшись с этим наглецом, и с тоской посмотрела на фигуру Эрика только что скрывшуюся за воротами огромного особняка. Мне предстояло сделать не менее сотни, а то и полутора сотен шагов, прежде чем я окажусь там же.
Возмущенный моим поведением, Крайнов издал нечто напоминающее рык и снова вцепился в мой локоть, резко разворачивая лицом к себе и вынуждая меня едва ли не упасть в его объятия, так как ноги меня почти не держали. Боль застилала глаза пеленой подступающих слез, а голова кружилась от тревожных мыслей, и я с трудом подавила в себе жалобный всхлип.
— Упрямая девчонка! — грозно произнес он сквозь зубы, несильно тряхнув меня за плечо, явно не понимаю всю плачевность моего нынешнего состояния.
Я выставила руки перед собой и отстранилась от него.
— Если вы еще раз удержите меня, граф, я прикажу своим людям выследить вас и выпустить вам кишки, — угрожающе предупредила его, взглядом давая понять всю серьезность своих намерений.
Крайнов потрясенно таращился на меня. Не ожидал услышать такое от благородной леди? Что ж, все когда-нибудь бывает в первый раз! Он отпустил меня и больше не пытался остановить.
— Я хочу помочь тебе… — вдруг совсем другим, куда более мягким голосом, произнес граф.
Я снова застыла, вглядываясь в выражение его темных глаз, силясь отыскать в них то, чего никогда не находила прежде.
— Костя… Костя — это правда ты?
Крайнов неожиданно вздрогнул и обернулся. Прямо за ним стояла девушка. Незнакомка была очень красива. Яркая брюнетка, хорошо и броско наряженная, с дерзким и даже каким-то хищным выражением лица.
— Кэт? — удивленно произнес он, с каким-то ласковым придыханием. Они совершенно точно были знакомы и достаточно близко, чтобы она смотрела на него, как на свою собственность.
Так зачем же ждать продолжения этой дуратской драмы? Я не из тех, кто кинется вырывать любимого из лап развратной любовницы (отчего-то именно такой показалась мне эта особа). И я достаточна сильная, чтобы выбрать свою семью вместо мужчины, который никогда не променяет меня на такую бесценную для него свободу.
Я не оборачивалась, считала каждый шаг, тяжело ступая, а иногда хватаясь за стены, чтобы не упасть. Каждый шаг отдалял нас друг от друга, но каждый следующий вдох был глубже предыдущего. Я не упаду, я выдержу, а Крайнов… пусть катится к черту!
Я с трудом добралась до незнакомого особняка, держась на ногах благодаря одному лишь упрямству. Меня встретили и пропустили в дом, но я ничего не замечала вокруг, покорно следуя указаниям лакея, который проводил в комнату для гостей.
Первым, что я увидела, была Алиса. Сестра обеими руками обхватила австрийца и, спрятав лицо у него на груди, жалобно всхлипывала. Эрик что-то шептал ей и осторожно гладил по спине. Он слегка раскачивался из стороны в стороны, явно пытаясь успокоить девушку.
Встретившись со мной взглядом, он виновато улыбнулся, но я и без слов поняла, что он не смог отстраниться от Алисы и выпустить ее из рук: она ему этого просто не позволила.
Я осторожно и почти бесшумно подошла, коснулась ее плеча. Она вздрогнула, испугавшись моего прикосновения, тревожно обернулась, устремив на меня глаза, до краев заполненные диким животным ужасом. На мгновение я крепко зажмурилась, словно меня ударили в грудь и выбили воздух.
— Лисенок, — тихо, виновато пробормотала я.
— Ри… — прошептала она в ответ, хриплым, севшим от надрывных криков и плача голосом.
