— Потому что я хочу помочь, Риана, и ничего более! А вы действительно нуждаетесь в этом, но, по-моему, все еще не осознаете, насколько все плохо! И то, как сейчас на вас смотрят окружающие, уж поверьте, всего лишь начало, а дальше будет только хуже!
Я не хотела оставаться один на один в закрытом помещении рядом с графом. Но кого я больше опасалась? Того, что обо мне подумают? Самого графа или… себя?
Упрямо поджав губы, я тяжело вздохнула и перевела дух.
— Хорошо, я прогуляюсь с вами в саду! Пять минут, граф! Пять минут и не минутой больше! — строго произнесла я и, круто развернувшись на каблуках, первой отправилась по направлению к выходу.
Моя легкая шубка не особо-то грела, погода вообще не располагала к прогулкам, зато прохлада позволяла мыслить здраво. Дорожки недавно расчистили, свежий снег хрустел под ногами и серебрился в воздухе, освещаемый светом вечерних фонарей.
Граф шел следом и пока молчал, но стоило нам оказаться среди голых кустарников и заснеженных статуй, как он заговорил.
— Честно говоря, разумнее было остаться в особняке Дороховых! Вам ведь холодно, Риана!
Я тут же обернулась, открыто улыбнулась графу и картинно распахнула объятья… не для графа, конечно.
— Но ведь вокруг так хорошо! И потом, мы здесь ненадолго, Константин! Так что я точно не замерзну!
Граф внимательно рассматривал мое лицо, словно любовался им, а я вдруг перестала улыбаться, почувствовав, как его теплый и почти завороженный взгляд кружит голову. Захотелось сделать шаг, один небольшой шаг и позволить Крайнову обнять меня так, как прежде, прижаться к его груди и коснуться губ.
Вместо этого я поспешно опускаю руки, отступаю на два шага назад спиной вперед. Он же хищно выгибает бровь и делает тоже два шага, снова сокращая расстояние между нами.
Я больше не чувствовала холода, тепло расползалось по телу, змеилось по венам, когда он коснулся моих губ в мимолетном, нежном поцелуе. Он еще никогда не обращался со мной так…робко и бережно. Крайнов осторожно убрал непослушный локон с моего лица и отстранился, хотя это явно стоило больших усилий и не только ему, но я все же была благодарна за этот вполне разумный поступок.
— Вы должны ответить мне согласием, — с придыханием произнес Константин, скользнув костяшками пальцев по моей щеке.
Я смотрела в его глаза и безнадежно тонула в них. Не могла отстраниться, отпустить руку, сжимающую мою ладонь.
— Это слишком невыносимо — стоять рядом и не касаться вас, Риана, — шепчет он и снова целует, едва лаская мои губы в почти невинном поцелуе.
А я снова дрожу, но вовсе не от холода. Как такое возможно?
— Не обманывайте себя, Риана, вы хотите того, чего и я! — ласково произносит он.
— Позвольте забрать вас с этого дурацкого бала и увезти подальше от чужих взглядов. Вы не заслуживаете этой грязи и мерзости, вы слишком чисты, чтобы быть среди них!
Я почти не слышу его слов, я продолжаю тонуть в сладком сиропе. Когда-то в детстве я заплыла слишком далеко: хотела переплыть реку и убежать от отца, который разгневался из-за того, что я опять нагрубила мачехе. Течение было сильным, а вода слишком холодной. Ноги свело судорогой, меня охватила паника. Я ушла под воду и отчего-то быстро сдалась, не сопротивляясь и не вырываясь.
Боль ушла на второй план, в груди не жгло, широко раскрытыми глазами я смотрела сквозь толщи воды и почти ничего не чувствовала. Никаких криков, оскорблений и унижений, только крепкие и надежные объятия стихии. В тот раз меня спас конюх, бросившийся следом за барской дочкой. Но то странное ощущение свободы еще долго преследовало меня во снах. Я тонула, но не боялась воды, я искала в ней спокойствия и, как ни странно, исцеления.
Примерно так же на меня действовал сейчас Крайнов: все разумные доводы ушли на задний план, хотелось просто отдаться течению, позволив ему стереть из моей памяти все болезненные воспоминания и тревоги, хотелось утонуть и раствориться в нем…
Наверное, Константин, что-то разглядел в моих глазах, и это придало ему уверенности — он снова притянул меня к своей груди.
— Риана, — ласково прошептал Константин и снова поцеловал.
— Вы замерзнете, если мы не уйдем немедленно, — сказал граф, оторвавшись от моих губ. Он нагло вцепился в мое запястье и вдруг повел меня за собой.
— Куда мы идем? — едва сдерживая разочарование в голосе, спросила я.
— Я отвезу вас к себе, графиня! Сегодня вы никуда от меня не сбежите и уж тем более не прогоните! — уверенно проговорил он.
— К вам? — в недоумении пробормотала я.
Туман в голове медленно рассеивался, я словно снова начинала видеть очертания предметов вокруг меня, хотя еще пару мгновений назад не видела ничего, кроме любимого профиля этого совершенно невыносимого мужчины.
Он молчал, а я вдруг остановилась и заставила его обернуться.
— Мне нельзя к вам, граф! Я должна вернуть домой! — несмело проговорила я.
— Неужели!? И кому же вы должны? У вас нет мужа, вы самостоятельная женщина и вольны распоряжаться своей жизнью, как угодно! — заявил он, а мне отчего-то почудилось, что от Крайнова снова повеяло холодом.
