После событий, описанных в романе «Властелин мира», прошло два десятка лет… В Америке бушует Гражданская война между Севером и Югом, Мексика отчаянно борется против французской интервенции.Вот фон, на котором разворачивается действие заключительного романа об удивительной судьбе графа Монте-Кристо.Эта история о любви и ненависти, благородстве и подлости, верности и предательстве читается с неослабевающим интересом с первой до последней страницы.
Прекрасным весенним утром 1861 года небольшой городок Бингстаун, расположенный в штате Виргиния, покинул одинокий всадник. Едва только последние дома, утопающие в зелени садов, остались у него за спиной, он пустил свою английскую вороную резвой рысью. Обширная, кажущаяся поистине бескрайней равнина, расстилавшаяся перед ним, мягкая, покрытая молодой травкой земля, бодрящий утренний холодок — все это, похоже, доставляло искусному наезднику и его славной лошади подлинное удовольствие.
Молодому человеку, сидевшему в седле, было, пожалуй, немногим более двадцати лет. Румянец на его щеках и ясность взгляда придавали его лицу, с правильными чертами, выражение чистоты и неиссякаемой юношеской энергии, — выражение, которое не могло не расположить к нему каждую открытую, честную душу. Это был настоящий сын Севера, прямой потомок тех самых норманнов, что твердой рукой вели свои суда по неведомым морским просторам и отважно вступали на чужие, неизведанные берега словно завоеватели. Теперь, правда, во время столь мирной на первый взгляд скачки по прерии, молодому всаднику не было нужды следовать примеру своих суровых предков. Лицо его казалось умиротворенным, и, когда он всматривался в даль, на нем появлялось почти мечтательное выражение, а из груди невольно вырывался легкий вздох.
Проскакав около часу, молодой человек внезапно придержал лошадь и повернул голову налево, откуда до него донесся приглушенный стук копыт. Слух не обманул его: с южной стороны прямо к нему направлялся другой всадник.
Уверенный, что незнакомец непременно завяжет с ним разговор, юноша поехал медленнее. По его лицу пробежала тень досады — он вспомнил, что не захватил оружия, а в столь тревожное время, какое принес с собой наступивший 1861 год, доверять первому встречному было рискованно. Впрочем, тот, другой, был хорошо одет и скакал на прекрасной лошади — пожалуй, здесь нечего опасаться! Неожиданно наш герой остановил коня и пристальнее всмотрелся в приближавшегося незнакомца.
— Ну и ну! Так это ты, Ральф?
Второй всадник выглядел на несколько лет старше первого. Его большие черные глаза светились умом и энергией. От быстрой езды красивое, немного бледное лицо, обрамленное темными волосами и щеголеватой бородкой, едва заметно порозовело. Несколько портили его явные следы злоупотребления соблазнами жизни. Однако самое удивительное заключалось в том, что даже светлая радость, какой лучилось это лицо, когда он протягивал приятелю руку, оказалась бессильной полностью скрыть не сходившее с него суровое, почти мрачное выражение.
— Выходит, я все-таки перехватил тебя на полпути, Ричард! — воскликнул он. — Ты направляешься на плантацию «Либерти», не правда ли?
— Угадал, — ответил Ричард. — Откуда я мог знать, что ты окажешься поблизости? Мы считали, что ты в Чарльстоне. Поедешь со мной?
— Куда? На плантацию «Либерти»? Право, пока не решил, — сказал Ральф. — Мне нужно поговорить с тобой. Много времени это не займет, потому что у меня самого хлопот по горло. Обстановка здесь, на Юге, хуже некуда.
