Но сейчас не время было показывать норов, надо было, наоборот, смягчить ситуацию, чтобы Эн перестал смотреть на него варгом. Он опустил голову, изображая раскаяние, и сказал:
— Да я уже и не трогаю ее. Но ты же понимаешь, трудно было удержаться, когда вот так, рядом.
Энгвард прищурился, повисла пауза.
Поверил или не поверил, по непроницаемому лицу трудно было понять. Гойран решил перевести тему разговора.
— А ты когда собираешься проводить ритуал? — спросил он и, видя, что тот молчит, усмехнулся. — Да, не повезло нам с тобой, глава. Или повезло? Как сказать…
И покосился в сторону двери, которая как раз в тот момент открылась.
Не нравилось Энгварду, как Гой в последнее время себя ведет. Было в нем что-то импульсивное и скользкое. Он как-то странно выглядел, потемнел с лица, казался нервным.
Но карать Стража на основании личной антипатии и подозрений? Какой он после этого глава? А доказательств вины Гойрана у него не было. Только интуиция, подсказывавшая, что с ним что-то не так. Но что? Энгвард как раз пытался понять.
В это время из кухни появились женщины, и он отвлекся.
Эва несла большой поднос, на котором было полно разной еды, остатки того, что они вчера набрали в харчевне. За ней шла Ноэль, несла чайничек с взваром. Бледненькая девчушка теперь улыбалась, на щечках обозначился румянец.
Энгвард не успел подумать, что это хорошо. Эва взглянула ему в глаза, и на какое-то мгновение он просто выпал из всего этого. Как будто они остались тут только вдвоем.
Но ненадолго.
— Кхмммм! — рядом раздалось покашливание, скрипнул стул.
Это заставило его вернуться.
— Надо же, какие у тебя разносолы, Эн! — Гойран аж присвистнул.
— Готовился к вашему визиту, — сухо усмехнулся он.
А тот развязно хохотнул:
— Так, может, нам стоит приходить каждый день?
Велик соблазн был послать Гоя к Хаосу. Но Эва сидела рядом и, легко коснувшись его руки, показывала взглядом на девочку. И да, он понимал, что для нее это важно, поэтому и кивнул:
— Приходите.
Эва подлечит девочку, а у него будет возможность ближе пронаблюдать за Гойраном и понять, что с ним творится.
Когда гости ушли и они наконец остались одни, Эва взглянула на него и с чувством сказала:
— Спасибо.
— За что? — он шагнул ближе.
Она просто повела плечом и неожиданно спросила:
— А что бывает, если Страж умрет? Что потом будет с его женой?
Сначала он опешил, потом прокашлялся и выдал:
— Вообще-то, мейра, я собираюсь жить долго.
— Уффф! — она закатила свои дерзкие синие глаза. — При чем тут ты! Я имела в виду этого противного Гойрана. Если его случайно прикопать где-нибудь, что будет с Ноэль?
— Хммм? — насмешливо хмыкнул он. — Я думал, он тебе нравится?
— Не заставляй меня сомневаться в твоих умственных способностях!
Энгвард раскатисто расхохотался. С утра они держались отчужденно, она избегала его, а сейчас все прошло, и мейра уже вовсю язвила и проезжалась на его счет. И такой она ему нравилась больше.
— С Ноэль все будет хорошо, — проговорил он потом. — Мы бережем наших женщин.
— Хорошо.
Разговор прервался.
Эва отошла, чтобы взять плащ. Энгвард и сам понимал, что пора было отправляться в Хранилище. Гойран задержал их, а Оз наверняка торчит там с утра. Но прежде он хотел…
Он ждал этого все утро.
— Эва, — позвал он негромко.
— Что? — женщина обернулась и вскинула на него быстрый взгляд из-под бровей.
Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Потом она в звенящей тишине шла к нему эти бесконечные пять шагов. И все повторилось. Одно касание — и жаркий огонь, жадно поглотивший его в одно мгновение.
Выныривал с трудом, с трудом заставил себя убрать руки. Он видел смятение в ее глазах и понимал, что рано. Один глоток, этого ему хватит.
— Одевайся, выходим, — проговорил, едва владея голосом.
И сам отвернулся взять книгу.
Вот теперь действительно надо было бежать в Хранилище бегом.
