— Но всё же, почему ты?…
— Я не знаю, — снова вздохнула Делайла. — Я просто не хотела, чтобы ты ввязался в эту драку. Ни со мной, ни с драконами.
— Они бы меня не одолели.
— Я знаю.
«Она это знала?» И почему это принесло ему такое удовлетворение?
— Тогда почему?…
— О, ты не перестанешь допытывать меня, правда? — Делайла вздохнула и, вероятно, решила сдаться. — Любой мужчина, который так запросто может положить меня на лопатки, не будет лёгкой мишенью. Я это знаю, однако, не смотря на это, я не могла не переживать, что тебя могут покалечить.
Его. Не Тагарта. Лайела охватило чувство такого всепоглощающего удовлетворения, что он едва смог взять себя в руки.
— Я проиграл несколько сражений за свою жизнь, — признался вампир.
— Значит, ты на самом деле не так сильно хотел убить своего противника, — просто заметила амазонка.
Лайел удивлённо моргнул. Он это знал, но никто другой никогда об этом не догадывался. Вампир позволил своим людям думать, что тогда они просто оказались слабее, но не признавался в истинных причинах случившегося. И гордость не беспокоила его.
Все битвы, в которых он не одержал победы, он проиграл лишь потому, что увидел своих врагов с их женщинами. Они были так сильно влюблены друг в друга. И у него в груди рождалась такая боль, какую он испытывает и сейчас. И рука Лайела каждый раз опускалась, он не мог нанести этот последний удар, который разлучит влюблённых на вечность. Нужно было убить либо и того, и другого, либо никого. В последнее время он всё чаще оставлял в живых обоих.
Как Делайла смогла это понять, ведь она так мало его знала?
Он открыл, было, рот, чтобы что-то ответить — что именно, он ещё не знал — но его прервал протрубивший где-то вдалеке рог. Лайел резко обернулся, вглядываясь в деревья. Рог протрубил снова.
— Что это? — спросила Делайла, поднимаясь на колени.
— Я думаю, — ответил вампир, внутренне холодея, — нас призывают на следующее состязание.
Делайлу не покидала мысль, что она, вероятно, не переживёт эту ночь. Амазонка всю жизнь провела, сражаясь, битву за битвой. Воительница неделями могла обходиться практически без пищи и отдыха, но никогда прежде она не чувствовала себя настолько истощённой и выжатой до капли. В буквальном смысле слова.
Лайел дважды испил из неё. И если в первый раз Делайла откровенно наслаждалась процессом, то второй был необходим лишь для того, чтобы спасти вампира. Если бы он убил Тагарта, команда Делайлы просто-напросто разделалась бы с ним. Потому-то она и обратила на себя его ярость. Варварский укус вампира был по-настоящему болезненным, но, не смотря на это, неожиданно для себя самой, амазонка нашла в этой пьянящей смеси ощущений удовольствие. В мыслях проносились яркими картинами воспоминания. Его тело, пригвоздившее её к земле… его сила… его свирепость…
Лайел говорил ей, что многие люди умирали после того, как пили кровь вампиров. Как же это повлияет на неё? Изменит ли это жизнь Делайлы столь же необратимо, как уже изменил её сам царь вампиров, ворвавшись подобно сокрушительному урагану в привычный мир амазонки? Делайла невольно поёжилась, вспоминая, как он нависал над ней, решительно настроенный сохранить ей жизнь, обеспокоенный, сосредоточенный, озабоченный только ею одной. Именно о подобном она когда-то мечтала.
Задумавшись, воительница едва не свалилась со столба, на котором с трудом балансировала. Делайла знала, если она станет вампиром, это её уничтожит. Однако амазонка не могла отрицать, что ей нравилось думать о частичке Лайела, которая теперь находилась внутри неё. Даже если это была его кровь.
«Сконцентрируйся на поставленной задаче, соберись», — вновь встряхнулась она и попыталась вернуть себя к действительности.
Боги и впрямь решили, что пришло время для следующего испытания. Всем велели выбрать по одному из брёвен, возвышавшихся над водой, и встать на них так, чтобы представители соревнующихся команд стояли лицом к лицу друг с другом. Участникам нужно было устоять на небольших по площади спилах деревянных колод, в то время как волны плескались об их лодыжки.
Последний из них, кто останется на ногах, победит.
— По-настоящему достойный воин способен справляться с жарой, истощением, голодом, необходимостью сохранять неподвижность на протяжении длительного времени, — сказала богиня — на этот раз перед началом состязания с ними говорила женщина. — Поэтому вам предстоит стоять здесь и стойко всё это переносить, чтобы доказать, что вы заслуживаете право называться воинами.
