— Прекрасно, да? Я, признаться, не верил, что все станет как было.
«И даже лучше», — подумал корабел, а вслух сказал:
— Зря. Фрегат сможет восстановиться, даже если ему кракен корму оторвет… — Он осекся, запоздало сообразив, что и кому рассказывает.
Кристобаль испуганно вздрогнул.
— Бр-р… не хотелось бы испытать подобное. Впрочем, капитан того фрегата ничего не почувствовал, верно?
Эрдан был вынужден кивнуть.
— Кристобалъ, я… — Магус смотрел на него не мигая, и корабел вдруг отчетливо осознал, что второй раз он вряд ли осмелится отвесить ученику оплеуху… разве что заблаговременно простившись с жизнью. — Если бы я знал, что все так получится, то прекратил бы обучение за день до той грозы. Ты и так был… хорошим навигатором.
Его ученик прищурился и спросил немного лукаво:
— Хочешь знать правду?
Он пожал плечами.
— Ты не прекратил бы ничего. Потому что я не разрешил бы… — Первая часть фразы застала Эрдана врасплох, а услышав вторую, он не сразу понял, что Кристобаль шутит. — Не вини себя, это было простое стечение обстоятельств — судьба, если ты в нее веришь. Кто знает, вдруг молния все равно нашла бы меня, а без твоей науки я не смог бы справиться?
«…нашла бы меня, — повторил корабел про себя, — как фрегат…»
Оговорился магус или нет, прозвучало это немного зловеще.
— И, ты знаешь, я бы не сказал, что наше с «Невестой»… — магус помолчал, подыскивая подходящее слово, — наше единение душ дает мне какое-то особое преимущество. Боль фрегата теперь и моя боль, а это… накладывает обязательства, о которых другие капитаны и не слыхали.
Эрдан развел руками.
— Твой дар. Твоя боль. — Он помедлил. — Твоя «Невеста»…
Капитану эти слова понравились: он впервые за весь разговор улыбнулся без иронии и лукавства в глазах.
— Я по-прежнему не могу тебе отплатить… — начал он и умолк. Эрдан покачал головой и вдруг неожиданно для самого себя попросил:
— Отвези меня домой. На Аламеду.
Остров не был нанесен ни на одну карту из тех, что хранились в каюте Крейна.
Измученная «Невеста ветра» еле-еле доползла до маленькой бухты и встала на якорь; вскоре погода начала стремительно портиться, и Эрдан, то и дело поглядывавший на небо, уже не знал, какому богу молиться. Оставалось надеяться, что Повелитель штормов их не заметит, а Эльга-Заступница, чье терпение воистину безгранично, проявит благосклонность еще раз.
«Прошу тебя, Всемилостивейшая!»
Кто-то из богов его услышал, и шторм прошел стороной — теперь можно было начинать зализывать раны. Когда возбуждение от победы над безымянной тварью схлынуло, итог сражения показался не таким уж впечатляющим и вовсе не благополучным. Команда недосчиталась девяти человек — их память еще предстояло почтить, — а раненых было так много, что Эсме пришлось сразу пить красное снадобье. Сердце Эрдана болезненно сжималось всякий раз, когда его взгляд падал на целительницу… точнее, на неподвижную фигуру с белым лицом и пустыми глазами, совершенно черными от расширившихся зрачков. Когда очередной раненый был исцелен, его забирали и взамен приносили следующего, а Эсме ждала с терпением мраморной статуи.
Но больше всего Эрдана все-таки занимала «Невеста ветра».
