Стенлир всегда чувствовал чуть больше, чем остальные. Ранфер предлагал ему потренировать искусство предсказаний, но тот всегда отказывался, ссылаясь на то, что на четвертом десятке уже поздновато учиться.
— Известно, — кивнул альфа. — Следующая жертва.
Удивление на лицах помощников было еще ярче, чем он мог предположить.
— И кто же это? — выдохнул Стен.
Несколько секунд оборотень молчал.
— Рыжая девушка. Человек. Примерно двадцать с лишним лет от роду.
Стенлир выдохнул, двое других оборотней переглянулись. Кажется, они боялись, что он назовет имя.
Ранфер хмыкнул.
— Среди студентов есть всего одна девушка, подходящая под это описание, — продолжал он. — Хвала Селене, рыжих не так много. Я уже принял некоторые меры по ее защите. Но в окрестностях академии действовать придется вам.
— Хорошо, — кивнул Стен. — Но что же это за защита? — спросил мужчина.
— Действенная, — буркнул Ранфер, отворачиваясь и больше не глядя на помощников.
Стенлир снова поклонился.
— Светлой луны, альфа, — сказал он и вышел прочь с двумя товарищами.
А Ранфер, наконец, остался один. Впрочем, легче ему от этого не стало. Он открыл ящик стола и по очереди выложил на стол три фотокарточки. На них издали были запечатлены три девушки, две из которых были уже мертвы. И Елена, улыбающаяся на фоне арки перед академией.
Несколько секунд он рассматривал узкие лица и рыжие волосы разных оттенков. А затем сделал резкий взмах рукой, две фотокарточки вспыхнули разноцветным пламенем. Через мгновение на столе лежало лишь изображение Лены и черный пепел.
— Они были не похожи на тебя, лисичка, — мрачно проговорил он. — Совсем не похожи.
После встречи с куратором Красом у меня было еще полдня, чтобы прийти в себя.
Я официально решила, что теперь буду звать оборотня только так. И пусть кусает свои волчьи локти, потому что вряд ли ему это понравится.
Кабинет ректора оказался на четвертом этаже, и я не слишком-то заблудилась, когда искала дорогу в свою комнату. Однако то, что он практически выставил меня за дверь, разозлило невероятно. Очевидно, он ждал от меня другой реакции. Восторгов, поцелуйчиков, рук, обнимащих его мускулистую шею…
И я почти готова была это ему дать.
«Но ведь, подумать только, какая наглость! Сначала напугал меня так, что я чуть заикаться не начала, а потом… потом…»
Я глубоко вздохнула. Ранфер нравился мне. Он был прав, когда говорил об этом. Вот только это ничего не меняло. Не меняло того, что я до конца так и не поняла, чего он от меня хочет. Какую роль уготовил мне в грядущем противостоянии людей и оборотней, если, не дай бог, оно случится. И что он сам думает обо мне как о женщине, я тоже понятия не имела.
Я никогда не была приверженцем свободной любви. Без обязательств, без отношений. Чистая физиология — это не мое.
Да, признаться, иногда рядом с Ранфером мне казалось, что я уже готова поступиться любыми принципами, лишь бы почувствовать его руки на себе. Его дыхание у своего уха. Ощутить прикосновение его тела.
Вот только это неправильно. Потому что утром наверняка окажется, что «мы оба поддались эмоциям», куратор не может встречаться со студенткой, да и не больно-то хочет, а еще обнаружится, что у Ранфера есть какая-нибудь премиленькая возлюбленная-оборотень, с которой мне будет сложно конкурировать, потому что я человек.
А я не собираюсь ни с кем конкурировать. И не собираюсь быть чьей-то эмоциональной ошибкой.
Сейчас у меня была одна мысль: узнать побольше о погибших девушках. Мне казалось, это может помочь понять, что на самом деле произошло. Возможно, кроме рыжих волос между ними есть еще какая-нибудь неочевидная связь?
Поэтому я шла в кабинет, где у меня должны были принимать документы на поступление. По факту, конечно, я уже была в списках благодаря
Первой жертвой стала студентка, а значит, где-то должно лежать ее личное дело.
На первом этаже та самая третья дверь слева оказалась закрыта. Руки опустились. С чего я вообще решила, что у меня получится что-то узнать? Даже если бы я проникла внутрь, разве кто-то дал бы мне пролистать документы погибшей?
Глубоко вздохнув, я поплелась дальше по коридору, глядя на шестигранную плитку под ногами. А затем услышала знакомое «Шур-шур-шур». Подняла голову и увидела уборщика, которого встретила в первый свой день в академии. Как там его звали?..
— Господин Ленс? — помахала я рукой.
Поднимая на меня пустоватый взгляд, мужчина сверкнул лысеющей головой и улыбнулся.
— О! Доброго дня, Елена. Как ваши дела? Уже покорили какую-нибудь стихию?
Тряпка влажно хлюпала в ведре, пока я подходила ближе.
— Увы, господин Ленс, пока что я не смогла сотворить ни одного даже самого простого заклинания, — развела руками я.
Мужчина оперся о швабру и растянул губы.
— Можешь звать меня просто Варго, ну какой из меня господин? А насчет магии не беспокойся. Если она в тебе есть, то рано или поздно проявит себя. Сложнее тем, у кого ее нет вовсе. У меня вот нет. И, как ни пытайся, уже не появится.
